– Кто записан у него отцом?
– Ты. Я никогда не делала из этого тайну. Все мои родные и близкие знали, что Степкин отец Егор Дмитриевич Князев.
– Все, кроме самого Егора Дмитриевича, – упрекнул он ее.
– Давай не будем сейчас об этом, – попросила Вика."
"– Вика, нам придется об этом говорить! – раздраженно сказал Егор.
– Да, придется, но, если можно, не сегодня, у меня сил на это нет. Кстати, пока каталась, я вот что подумала: если у этих ребят серьезная служба безопасности, то им не составит труда выяснить, кто Степкин отец.
– Мы с Денисом это обсудили, завтра решим, что делать. Еще один вопрос: анализы в истории болезни те, что Степан сдавал в поликлинике?
– Да. В больнице я отдала направление, анализы из поликлиники и те, что делали платно.
– Тогда получается, что их подменили.
– Я в этом не сомневаюсь, – кивнула Вика, соглашаясь. – Вот только зачем им это? Я вообще не понимаю, зачем им такая сложная схема: подменять результаты анализов, класть ребенка в больницу? Наверняка у них есть своя больница, где они проделывают эти операции по пересадке, чего проще везти ребенка туда?
– Для страховки.
Вика встала из-за стола.
– Можно я не буду мыть чашку?
– Можно, я сам помою, иди. Да, утром я занимаюсь два часа, в последней по коридору комнате, ни на какие звонки и вопросы я не отвечаю в это время.
Уже подъезжая к дому, паркуя машину на стоянке, Вика остановилась от пришедшей ей в голову мысли: а почему тогда она не сделала самой простой и логичной вещи, единственно верной в той ситуации, – не узнала в городской справке адрес, по которому проживает Егор с родителями? Зачем понадобилось идти таким трудным путем – бесконечным ожиданием и походом в Минздрав? Чего проще-то, выдали бы ей список Егоров Князевых, проживающих в Москве, обойти все адреса, наверняка их не так уж много, этих Князевых, подходящих под нужный возраст.
И, уже засыпая, прижав к себе Степку, Вика призналась самой себе:
«А потому что боялась убедиться, что действительно ему не нужна.