– Кажется, мне плохо… Я объелся…
ЭПИЛОГ
- Едут! – послышался голос Коленьки, а я оторвалась от грядки. Дракон тоже поднял голову. Мы как раз морковку прореживали.
- Бабтань! Дедракон! Там карета едет! – слышался голос внука, который бежал к нам навстречу. – Незнакомая!
Карета – карета! Это что? Барнсик нам привет передает? Он же теперь вместо Фогса в храме богини любви. Бесподобный Барнс нынче проповедует любовь и венчает пары в столице. Его лучший друг Бесподобный Шарль основал храм здесь, в подвале поместья. Поэтому сейчас там как раз бракосочетается какая-то сельская парочка.
Карета подъехала к нам, а я осторожно встала, придерживаемая драконом. Он вышел вперед, видя, как дверца кареты открывается, а оттуда выходит сухощавый незнакомый мужчина со свитком подмышкой.
- Кхе-кхе! – прокашлялся он, осматривая наши владения. Седая бровь поднялась вверх.
- Бабтань, кто это? – спрятался за нас Коленька.
- Сейчас узнаем! – произнесла я, глядя на широкую спину красавца дракона. Вот что-то я больше не волнуюсь.
- Приказ его величества короля! – громко объявил гость, разворачивая лист бумаги. – Герцогиня Эфимия Гарден! Приказом короля…
- Ой, - покачнулась я, вспоминая, как мне обещали смертную казнь.
- Тише – тише, - поймал меня дракон, глядя на мой живот. – Не переживай. Помни, ты переживаешь, я пережевываю!
- Приказом короля вам была объявлена амнистия! В связи со столетним юбилеем правления! – произнес гость, в надежде услышать крики радости.
Ого? Меня что? Амнистировали?
- Лорд Аллардар! За то, что вы сожгли дотла гильдию магов, - произнес гость, а я вцепилась в дракона, глядя на него с ужасом. Поверх моих ручек легла большая рука. – Вас определяют в ссылку!
Дракон усмехнулся, а у меня от сердца отлегло.
- На два дня! Так же вы представлены к ордену. Так им и надо лентяям! Давно пора их разогнать! Поздравляю вас со свадьбой.
- В какую столицу! – переглянулись мы. – У нас тут теплицы! Грядки! Мы никуда не поедем! Если надо, то прилетим! И то? Что в этой столице делать?
- Так, что передать его величеству? – спросил гонец, а я сорвала несколько плодов и вручила ему.
- Передайте его величеству вот эти пердыньки! – вздохнула я.