– Там, говорят, подземное озеро, – подтвердил ее догадку Алексей. – Под скалой скрывается.
Инга опустила руку в воду и зачерпнула немного.
– Попробуй, какая вкусная! Поистине, этот источник святой! Уже от одного глотка как будто на душе легче становится.
Она зачерпнула сделанной ковшиком ладонью еще воды и поднесла к губам.
– Инга, выходи за меня замуж.
Его слова прозвучали так неожиданно, что она поперхнулась и закашлялась. Алексей поспешно присел рядом с девушкой и захлопал ручищей по ее спине. То ли от испуга, то ли от волнения он не рассчитал силу.
– Тише ты, – засмеялась Инга, покачнувшись и едва удержавшись на ногах. – Столкнешь же в воду. Она хоть и святая, но жуть какая холодная!
– Извини, – смутился Леша так, что его щеки покрылись румянцем. Забавно было видеть могущественного Чернова таким. Как-то он сказал Инге, что в растерянность его способны ввести лишь два человека, любимые женщины – дочь и она. Сомнительное, однако, достижение.
– Да чего уж там, – махнула Инга рукой, выпрямляясь.
– Так… что скажешь? – прерывающимся голосом спросил он.
– Повтори, я не расслышала.
– Издеваешься, да?
– Мщу за то, что ты меня чуть не утопил. И за то, что так неожиданно…
– Совсем… неожиданно? – закручинился Алексей, поняв для себя фразу так, что она вовсе не помышляла выходить за него замуж.
– Подловил в тот момент, когда я меньше всего ожидала услышать твое предложение. Ну и… так вот прямо.
– А как еще? – удивился он. – По-моему, надо все предельно ясно решать.
– Погоди, не обижайся, – засмеялась Инга, беря в ладони его раскрасневшееся лицо, на котором крыжовниками зеленели глаза с пушистыми, как у ребенка, ресницами. – Я все знаю – какой ты у меня не-поэт и не-романтик. Хотя в том, что не романтик, я уже сомневаюсь: такую прогулку мне устроил. По-моему, красивей места, чтобы просить руки, и не придумать.
– Это мне твой брат подсказал, – признался Чернов, потупив взгляд. – Я вчера с ним говорил… Хотел тебе дать просто это кольцо и спросить… Черт, а кольцо я в машине оставил! В «бардачке»!
Чернов в панике захлопал себя по карманам, и Инга, которую не к месту, видимо на нервной почве, разобрал смех, хихикнула.
– Это же надо, блин, – выругался Алексей, заливаясь свекольным цветом уже до ворота светлой футболки. – О, вот оно! Ты погоди смеяться… Погоди.