− Если увидишь, − произношу уже гораздо спокойней, − поблагодари за заботу от моего имени. И скажи, что помощь мне не нужна."
"− Хорошо, госпожа Адерин, − кивает Олви. — Могу вам ещё как-то послужить?
− Нет. Можешь идти.
Поклонившись, она удаляется, пятясь назад. Я же, постояв пару минут смотря в одну точку, бросаю растерянный взгляд на вышивальный станок. Обычно меня успокаивает, когда я делаю что-то своими руками. Мысли тогда приходят в порядок, и кажется, что и жизнь, если постараться, можно как-то упорядочить.
Но не сегодня.
После всех новостей, которые принесла Олви, стены вокруг будто давят на меня. И хоть личную спальню мне выделили довольно просторную − особенно по сравнению с тем, к чему я привыкла в своей прошлой жизни − сейчас она мне все равно кажется клеткой. До безумия хочется вдохнуть свежего воздуха, почувствовать небо над головой. Я задыхаюсь здесь. Только выходить куда-то страшно. Придётся обойтись балконом.
Выдохнув, решительно направляюсь в будуар.
Аккуратно миновав все кресла, пуфики и диванчики, постаравшись не зацепить подолом низкий столик для чаепитий, подхожу к двери, ведущей на балкон, и тихонько её открываю. В лицо тут же бьет порывом свежего ветра, мигом наполняя мои легкие сладкой, как леденцы, прохладой и цветочными ароматами.
Поэтому, подобрав шуршащие юбки, выхожу на балкон и осторожно закрываю за собой дверь.
Еще несколько шагов, и оказываюсь у перил. Ладони тут же ложатся на холодный белый мрамор. Глубокий вздох срывается с губ. Ночь давно вступила в свои права. Но королевский дворец Аделхея никогда полностью не спит − у слуг всегда есть работа, и стражники, меняясь, дежурят круглые сутки.
Здесь всегда тяжело дышать. А сейчас и вовсе невозможно. Дворец будто окутан плотным удушающим облаком злости, ненависти, боли… сумасшествия. В его стенах много всего тёмного творится. И если бы только у меня был другой выбор… я бы никогда здесь не жила.
Но выбора не было. Для меня нет пути назад. Никогда и ни за что я не вернусь домой. Лучше смерть.