О том, что ее сослали… И, видимо, как-то «отвязали» от Сатара и временно прикрепили к моей земле в облике человека. Очень вредного человека с подростковыми прыщами и бушующими гормонами.
Но она умудрилась прошмыгнуть… То ли божественной дорожкой, то ли тайной тропинкой. Вошла и вышла. Незаметно, прикрывшись суматохой на ритуале и избирательной чехардой.
Откуда вообще берутся богини? Старшие, младшие? И все друг другу то ли сестры, то ли кузины… Они что, божественным почкованием размножаются?
И как найти чертову тропу, ведущую домой?
Время сдачи сочинения приближалось, и я нервно дописывала последние строки.
Галлея тоже усердно пыхтела: ее колбочки должны были оказаться в верхней лаборатории до конца учебного дня. А за окнами нещадно сгущались сумерки.
– Готово, – выдохнула я и сложила исписанный лист пополам. Глянула на голубой диск луны, что подкатывался к вершине горы. – Пойду отнесу магистру.
– Захвати и мои, – подорвалась Галлея и сунула мне в руки два флакона.
– Я не найду, куда поставить, – сжимая колбочки с осторожностью сапера, я нерешительно помотала головой. – Я в верхней лаборатории ни разу не была!
– Как зайдешь, полка справа от входа. Там карточки с именами, ищи мое, – пояснила Гала. Кусая губу, она нависла над третьим флаконом и осторожно капнула в него вязкую слюну нашего грумленьки.
– Отнесу, – кивнула я, зажала подмышкой лист с сочинением и вышла в коридор.
Ректор запретил нам меняться личностями и помогать друг другу с учебой, но вряд ли накажет за такую мелочь. Третью пробирку Галлея отнесет сама, а я…
А я, забравшись по лестнице в крыло магистров, обнаружила, что дверь кабинета Башелора подозрительно открыта.
"Туман я увидела не сразу. Сначала заметила приоткрытую дверь и на миг подумала: что, если в личной библиотеке магистра найдутся книги о беглых богинях и междумирских тропинках? Те, которых нет в общем доступе?
Пока Башелор отлучился, я бы быстренько дописала сочинение. А может, узнала бы что-то ценное лично для себя.
Но пугающий ползучий туман отогнал затею прочь.