Со стороны, где стоял Максан, внезапно получаю воздушный удар, относящий меня на метр вправо, и в следующее мгновение с легкой оторопью наблюдаю небывалое зрелище: драку здоровенного волка и не менее здоровенного тигра.
И, если в самом начале было ужасно страшно, и даже имелись намерения рвануть за помощью… куда-нибудь… То, спустя пару секунд я лишь отступаю еще на пару метров, чтоб не зацепило случайно, и с удивляющим саму себя азартом наблюдаю за битвой, которую в живой-то природе не увидишь.
Слишком разные весовые категории у противников.
“Естественная среда обитания волков и тигров пересекается, но друг другу они не соперники, — о-о-о, Николай Николаевич, как никогда вовремя опять! — и при случайный встречах в тайге волки обычно избегают тигров, прекрасно понимая, что даже старый и раненый, он для них крайне опасен…”
Я наблюдаю, как Максан, яростно рыча, вцепляется огромными зубищами в ухо Тайгеру, и думаю, что в этом мире эволюционные законы дали сбой, похоже.
Хотя, учитывая габариты обернувшегося Максана, становится понятно, почему он не боится тигра. Еще бы, такая машина! Это страшное что-то, нереальное!
Два метра дикой ярости, зверюга, состоящий, кажется, из одних только полуметровых клыков и невероятного по накалу бешенства. Интересно, а тут бывают саблезубые волки? Как-то нездорово выглядят его зубищи. А еще вопрос: тут звери болеют бешенством? А то пена, вон… Или это слюна?
Тигр, по габаритам все же чуть-чуть превосходящий волка, берет гибкостью, свирепой яростью, а еще чисто кошачьим стилем ведения боя: то есть, то, что он внезапно на спину упал, вообще не говорит о его покорности и желании сдаться на милость победителя.
Волк, похоже, про такой маневр тоже в курсе, может, это далеко не первая их схватка, а потому уворачивается и пытается снова ухватить тигра за чувствительное ухо, раз уж до горла не добраться никак.
Рев, шипение, оглушительное рычание заполняют пространство между домами, и вокруг поединщиков собираются зрители.
Что характерно, никто драчунов разнимать не торопится. И тут я не могу никого осуждать, кому же охота попасть под стрелу, которая непременно убьет?
Я и сама не лезу, стою себе тихонько у стены, прикидываюсь ветошью.