— А у меня тем более, — сказал барон, улыбаясь одними углами рта. — Все как на войне, разведка боем… Дело понятное. Считайте, что я ваш. Уж я ему выскажу прямо в лицо все, что думаю о таком способе заколачивать денежки…
— Господин Пушкин, — сказал граф, — не составили ли вы список книг? Я имею в виду каталог библиотеки вашего предприимчивого петербуржца?
— Ну разумеется. Он у меня в чемодане. На всякий случай.
— Прекрасно, — сказал граф. — Нынче же он нам понадобится, есть человек, знающий толк в таких делах…
Глава II
ЧЕЛОВЕК С МАРИОНЕТКАМИ
— Черт побери, что там такого интересного? — воскликнул барон, небрежно опершись на каменные перила украшенного статуями Карлова моста.
— Чрезвычайно живописные дома.
— Да что в них такого живописного? Дома как дома. К живописи я, должен вам сказать, отношусь со всем почтением… но ведь живопись — это батальное полотно.
— Вам трудно понять, барон, — сказал Пушкин, не отводивший взгляда от высоких домов на том берегу, с узкими окнами и черепичными крышами. — У вас в Германии…
— В Пруссии!
— Прощу прощения. Конечно же, в Пруссии… У вас в Пруссии никого не удивишь количеством и многообразием старинных каменных домов. В России обстоит несколько иначе.
— Ну, ваше дело… — сказал барон, покручивая усы с видом величайшего нетерпения. — Не видели вы настоящей красоты, — когда на королевском смотру гусарские полки выстраиваются в одну линию, звучит команда, и сотни клинков одновременно блистают в солнечных лучах. Вы ведь, как я понимаю, из статской службы пришли?
— Я вообще не служил, барон.
— Ах, вот в чем дело… Счастливец, завидую! У вас, должно быть, состояние немаленькое?
— Увы, увы… Единственная деревенька."
"— Ага! Как и я, стало быть, на жалованье существуете?
— Не совсем. До того, как попасть в Особую экспедицию, на жизнь зарабатывал стихами.
— Ах, во-от оно что! — воскликнул барон с живейшим энтузиазмом. — То-то я смотрю, вид у вас какой-то такой… этакий… — Он неопределенно помахал тростью в воздухе.