Разойдитесь, прошу вас, чтобы я мог привести его в чувство…
Сочетание в его голосе властности и убедительной мягкости подействовало на присутствующих магически: они, пожимая плечами и крутя головами, стали расходиться. Оставшийся почти в одиночестве господин Фалькенгаузен попробовал было разразиться недовольной тирадой, но, встретив ледяной взгляд графа, стушевался и покорно направился к лестнице, сопровождаемый своим Санчо Пансой.
Не теряя времени, граф схватил барона повыше локтя и втолкнул его обратно в комнату.
Только теперь барон опомнился, положил пистолет на стол и опустился в другое кресло, с силой провел рукой по лицу, криво усмехнулся:"
"— Простите, господа, нашумел.
— Кто? — спокойно поинтересовался граф.
— А пес его знает, как оно по-научному именуется, и именуется ли вообще, — сказал барон почти нормальным голосом. — Сидел это я, покуривал трубочку, думал о разных вещах — отчего-то не спалось, знаете ли. Тут по комнате зашмыгало что-то мохнатое, вроде крысы, только побольше и определенно без хвоста — из-под кровати за гардероб и обратно.
— И что же?
— Кровь и гром! — с досадой сказал барон.
— Бросьте, я вам верю, — спокойно сказал граф.