Кортикова нервно сглотнула, цепким взглядом улавливая перемены, произошедшие с Паслером после разговора с Варей.
Он будто растворился в собственных мыслях.
Ведь никак не отреагировал на появление девушки.
Не повернулся. Не удостоил своим вниманием. Взглядом.
Просто остался в прежней позе, напоминая каменное изваяние.
Ноги на ширине плеч. Руки спрятаны в карманах брюк.
Сам напряжен. До предела. Казалось, прикоснись – и непременно последует взрыв.
Об этом «кричала» буквально каждая клеточка его тела.
Впрочем, инстинкт самосохранения тоже вопил, предупреждая об опасности.
Мысль тихонько удалиться, конечно, была.
Только вот, убегать от проблем Катерина не привыкла.
А потому, собрав всю волю в кулак и прочистив горло, произнесла:
- Так уж вышло, что я все слышала…
- Верно, - его раскатистый голос эхом отразился от стен, - я позволил тебе услышать!
- О, спасибо! Небывалая щедрость!
- Рано или поздно, ты все равно узнала бы, - наконец, Эдгар соизволил развернуться лицом к собеседнице, - я лишь ускорил процесс.
Выброс адреналина в кровь был запредельным. Ее затрясло с чудовищной силой.
Лицо загорелось от разлившегося по щекам румянца. Огнем полыхали даже уши!
- Какого черта? – Вспылила Катя, упирая руки в бока. – Ты не имел на это права!
Недоуменно вздернув бровь, мужчина отмахнулся:
- Брось! Ты сама постоянно расспрашивала меня о жене, и я решил…
- Да плевать мне на твою Аллу!
- Она не моя! – яростный рык протеста.
- Ты запретил Косте приближаться ко мне?
- Нет!
- Лжец!"
"- Не запрещал!
- Варя сказала…
- Я запретил твоему сосунку тр*хать тебя и проявлять сексуальный интерес! – буквально пригвоздил к полу тяжелым взглядом.
От услышанного у Катерины пропал дар речи. В буквальном смысле.
Может оно и к лучшему, ибо на языке в тот миг вертелись только маты.
Отборные. Трехэтажные. Маты.
- Что, прости? – переспросила, как только вернула контроль над голосом.
Он скривился, улыбаясь странно и одержимо:
- А ты?
- Эдгар, если бы ты только знал, - на эмоциях повысила голос, - как сильно я хочу тебя ударить!
- Для этого тебе нужно подойти ко мне ближе.
Нет, подходить к нему она не собиралась. Слишком непредсказуемо.
Однако злость, бушующая внутри, требовала выхода.
Громко зашипев, девушка ринулась к кровати.
Схватив первую попавшуюся подушку, запустила ей в «обидчика».