Погоду делают маги

Слабый звук действительно напоминал скулеж щенка и раздавался откуда-то прямо по курсу. Тронула поводья и метров через сто звук стал отчетливо слышен слева от дороги.

— Слетаю, разведаю, — синичка вспорхнула с коня и отважно ринулась в чащу.

Мустанг нервно заозирался, переминаясь с ноги на ногу, но явного страха не показывал. Видимо опасного зверя поблизости он не чувствовал просто не понравилась еще одна остановка. Муся вернулась и доложила:

— Там волчонок. Маленький.

— Значит, поблизости должна быть волчица?

— Не знаю, но он один и явно плачет.

Худенький такой, потерянный, голодный, наверное. Или что проедем мимо?

— Да как то… Нет, пошли, посмотрим. Если мамаша явится, уйдем, а просто уехать совесть не позволит. Может, ему помощь нужна.

— Вот именно, — согласилась Муся. — И еще он странный какой-то. Черный.

— В смысле?

— Ну, волки серые, а он черненький. Испачкался, что ли хотя я плохо рассмотрела. Скукожился под деревом, один нос торчит.

Я спешилась и, ведя Мустанга под уздцы, свернула с дороги в лес.

Скулеж не прекращался и становился все отчетливей. Повезло, что густых непролазных зарослей на этом участке не было и через некоторое время мы вышли к дереву, под которым в выпирающих из земли корнях, свернувшись клубочком, лежал маленький волчонок. Действительно черного цвета. Увидев меня, малыш замолчал и сжался еще больше, продолжая настороженно сверлить глазками. Я остановилась и огляделась, других волков поблизости не наблюдалось.

— Привет, — ласково обратилась к зверю, надеясь, что бонус распространяется и на диких животных.

С точностью проверить, пока не доводилось. — Не бойся, малыш, я тебя не обижу. Ты почему плачешь и где твоя мама?

Говорить с животным не обязательно, но нужно было с чего-то начинать. Услышав мой голос, щеночек снова жалобно заскулил. Я сделала еще пару шагов.

— Ты, наверное, кушать хочешь, да? Могу покормить, — волчонок заинтересованно приподнял мордочку. — А ты вообще в порядке? Ты там не застрял?

Поинтересовалась, больше для себя самой имея в виду корни дерева, но волчонок будто понял, приподнялся и принялся выбираться из своей норки.

Он был слишком мал и скорей всего обессилен, потому что лапки подогнулись и малыш упал, при этом скатившись с гладкого корня прямо к моим ногам. Тельце мелко подрагивало от страха и отчаяния, но признаков агрессии дикий звереныш не проявлял. Показалось на миг, что даже обрадовался, опознав во мне человека. Маленький, глупенький… не знает еще, какими жестокими могут быть люди.