Никто не спорит, Настя серьезно провинилась как эксперт, но жизнь с Глебом Ижевским – вполне достаточное наказание.
А Лариса? Наверное, тоже не сильно счастлива с мужем, раз взяла любовника. Хотя Алексей Ильич, конечно, очень волнующий мужчина, вряд ли какая женщина устоит перед ним, если он по-настоящему ее захочет.
Ирина посмотрела на последний горячий бутерброд. Завтра он превратится в неаппетитное месиво, поэтому просто необходимо съесть его сейчас. Она заварила себе еще чайку. Интересно, что скажет Кирилл, если она растолстеет? После Егора она не прибавила в весе, но тогда она была молодая и энергичная.
Ирина рассмеялась. Еще год назад она всерьез распереживалась бы, что муж охладеет и вообще уйдет к другой, если она станет толстой. Теперь эта мысль представлялась ей такой же верной, как и та, что Солнце вращается вокруг Земли. Никто не спорит, очень хорошо быть стройной и подтянутой, и книги у нее вот на полочке стоят прекрасные, издательства «Физкультура и спорт», например «Худеем с помощью движений» или «Сто минут для здоровья и красоты».
Стройная женщина и жиртрест – все понятно. Одна красивая, другая нет. Мужчины тянутся к красоте, а уродство обходят стороной. Поэтому, чтобы пользоваться успехом, надо похудеть. Логика простая, и она работает.
Но как объяснишь людям чувство близости и единства между мужем и женой? Тут либо знаешь, либо не поймешь.
В первом браке у нее этого не было, хотя парадокс – они проводили с мужем гораздо больше времени вместе, и она больше старалась ему угодить."
"Ирина тряхнула головой. Жаль, что она совершила столько ошибок на пути к счастью, но что было, то прошло.
* * *Лариса с трудом вернулась из туалета на кухню. Накануне муж избил ее так сильно, что теперь трудно было дышать и двигаться. Кости, кажется, целы, но все тело ломило, кружилась голова, и тошнило.
Когда он первый раз поднял на нее руку, Лариса орала на весь дом, но никто не вызвал милицию, даже просто не постучал в дверь: «ау, ребята, что у вас там происходит?»
Крик о помощи растворился в пустоте, и Никита осмелел, стал каждый день срывать на ней злость.
Лицо и тело покрылись кровоподтеками, а муж усилил меры безопасности, теперь совсем нельзя было, чтобы жена сбежала и демонстрировала миру свои синяки.