Его рвет изнутри, чувство вины становится необъятным, а страх за Ульяну несоизмеримым. Громов выходит на углу здания с уже знакомым ему рестораном, именно там он договорился о встрече с Азариным и Токманом. С началом всей этой заварухи у него не осталось выбора и выходов для самостоятельного решения проблем.
Минуя просторный холл, Громов направился к зарезервированному столику, за которым уже сидел Иван. Токман, в привычной ему, совершенно спокойной и даже ленивой манере попивал кофе, а заметив Степана, невозмутимо кивнул.
— Как обстоят дела? — Токман сделал еще глоток уже подостывшего напитка.
— Плохо. Ульяну сбили, она в больнице. Светка призналась, что это она подала им идею.
— Я выяснил, с кем она «работала», неприятный тип, серьезный и достаточно уважаемый в узких кругах. Что-то требуют?
— Денег. Банк, через который Талашина проводила все операции, лопнул, замороженный перевод тоже.
— Много хотят?
— Много.
— Что с Ульяной?
— Авария, умышленная. Она в больнице, перелом позвоночника.
Токман кивает, прикладывая к губам кулак, локтем упирается в крышку стола и смотрит другу за спину.
— Ты позвал Азарина?
Степан обернулся, к Сергею, а после ответил Ивану:
— Позвал.
— Меня терзают смутные сомнения…
— Я хочу продать клинику. Мне нужны деньги, Вань.
— Ты хочешь заплатить?
— У меня нет другого выхода.
Иван громко вдыхает как раз в тот момент, когда за стол подсаживается Сергей.
— Вы чего такие кислые? Проблемы? — переводит взгляд с Ивана на Громова.
— У нас всегда проблемы, — «подбадривает» Токман.
— И? — Азарин хмурится, он всегда раздражается, когда что-то не понимает.
— Я хочу продать клинику как помещение, а не готовый бизнес.
— Выгоднее сдавать в аренду, — подмечает Сергей, — мы можем найти покупателя на бизнес, правда, это не быстро, — барабанит пальцами по столу.
— Случилось. Талашина вляпалась в криминал и потянула меня за собой.
— Дела. И что скажет товарищ подполковник?
— Я против его решения. Если немного…
— У меня нет времени, — Громов повышает голос, — Ульяне может грозить опасность, и я…
— Понял, — Азарин кивает, — так чем я могу помочь?
— Мне нужно продать эту богадельню как можно быстрее.
— Быстрее — это сколько? Неделя, две, месяц?
— Три дня.