Эйден подошел ближе и положил на стул сверток ритуальной одежды. Она должна будет надеть его, когда проснется.
Герцог неловко почесал затылок. Эта комната предназначалась для гномов. Когда он отстроил себе дом в столице, друзья подарили ему двух слуг из древнего народа. Низенькие, неприхотливые, трудолюбивые — они служили ему много лет. До тех пор, пока не погибли, поймав собой кинжал, который предназначался Эйдену. Отважные, честные, умные. Рука не поднимается убрать кровать, на которой они спали.
Арренский и представить себе не мог, что Эля сама захочет жить здесь.
Но в Равнине все по-другому. Эйден часто забывает об этом.
На несколько секунд Эйденом овладел порыв сгрести девчонку с кровати и сонную отнести в предназначенную ей спальню. Почему он должен мириться с ее прихотями и капризами?! Разве для этого герцог выхаживал ее столько дней и следил, как квочка, чтобы она пила все лекарства вовремя и шла на поправку?
«Ты должен уважать ее выбор» — прозвучал внутренний голос совести.
Принуждать девушку он точно не будет. Она не просила его лечить ее, да еще так скрупулезно. Это было его решение. Она вообще ничего ему не должна. Эйден усмехнулся, поняв, что Эля выполнила его указание и легла спать пораньше. Умница. Послушная, тихая, совестливая. Он вдруг поймал себя на мысли, что она не вызывает у него никаких отрицательных эмоций, если не считать тревогу. Об этой девушке хочется думать.
Завтра у нее сложный день, пусть выспится и отдохнет.
Эйден мысленно повторил свой план, который сложился в его голове после ультиматума отца.