— Как? Куда? — севшим голосом спросила я.
— В Северные горы, — ответил он, и по голосу ясно, что герцог сам не рад такому раскладу. — Черные маги проводят там опыты, и ходят слухи, что крестьян в окрестностях жрут неведомые твари. Нужно разобраться.
— Ты не пострадаешь?! — дрожащим голосом спросила я и сама подалась к нему навстречу. Эйден протянул руки, перехватил меня и прижал к себе. Я утонула в его объятиях. Прижалась щекой к его груди, сжала руки изо всех сил и не смогла сдержать проступивших слез.
— Все будет в порядке, — пообещал Эйден и поцеловал меня в макушку.
— И потомки Драконов умирают, никто не живет вечно, — всхлипнула я.
— Что за мысли лезут в твою голову?! — вдруг возмутился Эйден. — Одна несложная вылазка, и ты меня уже хоронишь?! Я, по-твоему, настолько слаб?
— Нет, но…
— Вот и выбрось из головы эту чушь! — приказал он и снова поцеловал меня в волосы. — Жена должна поддерживать, а не лить слезы, — прозвучало мягко, будто этими словами он попытался меня успокоить.
— Возьми меня с собой, — шепнула я.
— Эля-я-я, — простонал Эйден и разжал объятия. — Прекрати, ты как ребенок, — он отстранился и направился в свою спальню. Вытащил из шкафа походную сумку и принялся бросать в нее свои вещи. — Побудь в доме одна, похозяйничаешь. Но без эксцессов, как в прошлый раз, — погрозил он мне пальцем. — Я вернусь через неделю. Так и быть, под присмотром Маргуса разрешаю тебе гулять в город. Можешь не волноваться, я строго запретил кому бы то ни было навещать мой дом и мою супругу.
— У меня такое чувство, словно ты бросаешь меня в открытый океан, — призналась я ему.
— Все будет хорошо, — улыбнулся Эйден. Он закончил собирать сумку, и я ощутила, что наступила минута расставания, которая прошлась по сердцу как серп. — Только не плач, — попросил герцог. — Я обязательно вернусь, — он поцеловал меня в губы. Сильно, настойчиво, уверенно, будто убеждая в надежности своих слов.
— Я же смогу тебе писать? — всхлипнула я.
— Воспользуйся брачной вязью и отправь письмо, — посоветовал он, проведя носом по моей щеке. — Я буду ждать. Два письма в день, не меньше. Обещай мне.
— Обещаю, — шепнула я. Эйден в последний раз поцеловал меня в лоб и растворился в воздухе.
А у меня почему-то возникло странное, но очень отчетливое чувство, что я совершила ошибку, отпустив его.
* * *Я пыталась сохранять спокойствие и трезвость разума, несмотря на тревогу в сердце.