У Игоря жуткий почерк, он часто прибегал к сокращениям, писал, как Ферма: «Дальше и так понятно». Понятно было только ему.
Они стояли около автобусной остановки. Под козырьком самой остановки им не хватило места, там прятались от ненастья промокшие печальные женщины, такие же, как они. Автобус приходил с интервалом в сорок минут.
— Ксюша примчалась, — рассказывала Вера Михайловна, — несмотря на то что «по гланды», как она выражается, занята приготовлениями к свадьбе.
— Свадьба, как я предполагаю, должна быть королевской?"
"— Естественно.
— Вряд ли. Извини, Верочка! Эти царские утехи мне уже не по силам. Прозвучало так, — усмехнулась Полина Сергеевна, — будто прежде я постоянно бывала на подобных мероприятиях и мне они были по силам! Еще раз извини! Я иногда думаю, может, нужно было свести Арсения и Ксюшу?
— С ума сошла? Зачем тебе эта чума?
— Легка на помине.
К остановке подлетела иномарка, лихо развернулась и остановилась перед Верой Михайловной и Полиной Сергеевной. Из машины выскочила Ксюша.
— Я опоздала? Здравствуйте, Полина Сергеевна! Вы хоть и мокрая, как курица, а все равно английские леди отдыхают. Какие наши планы?
— Ксюша, — проговорила Вера Михайловна с интонацией, которую подруга никогда у нее раньше не слышала: смесь назидательности и материнской гордости, — на кладбище опоздать нельзя.
— Я и не тороплюсь.
«У нее все тоже «типа», как у Сеньки», — отметила Полина Сергеевна.
Женщины на остановке возмущенно зашуршали.
— Обойдемся без кадила, — сложила зонтик Вера Михайловна. — Отвези нас домой.
«Девочка, — согреваясь в теплом автомобиле, подумала Полина Сергеевна, — какие ангелы тебя занесли к нам в референтуру?» Представлять в роли ангела, заботящегося о судьбе Веры Михайловны, Ксюшиного дядюшку-депутата было смешно и нелепо. Но ведь вышло именно так.
— Виделась я с дочками Игоря Петровича, — отчиталась Ксюша. — Нормальные девахи, ботаники, конечно. Консерватория, Первый концерт Чайковского… То есть детский сад, средняя группа. Они, ясен пень, понимают, что папин архив только Вера Михайловна может разобрать. Но их мама! Тра-ля-ля тополя.