Но на ней столько защитных амулетов, что этот яд не сработал бы.
– Кроме Ксанты? – переспросила я.
– Её дядя довольно мерзкий тип, к нему у многих счёты.
– А поподробнее?
– Он Палач. Действует по приказу совета стратегов. Проблема в том, что совет стратегов убивает не только за требующие такой кары преступления. Порой это просто политика, а он не щадит тех, кто стоит у него на пути.
Теперь понятно, почему Ксанта так… настороженно относится к окружающим, и почему от её простых замечаний среди студентов наступала тишина: боятся её дяди.
– Если бы её хотели убить, – Рэйдан снова постучал по записям. – Это сделали бы целенаправленно, а не в толпе других студентов. Так что… эта версия маловероятна.
Я оставалась рядом с его столом, разглядывала лицо Рэйдана: задумавшимся он казался красивее, а чуть растрёпанные в процессе размышлений волосы придавали его облику соблазнительную живость. Падающий сверху свет подчеркнул скулы, спрятал в тенях длинные пушистые ресницы, придал рельефность губам.
И я не выдержала, спросила:
– Почему вы не женились, прежде чем покинуть родовую территорию? Ведь вы должны были понимать, что Ведьма станет за вами охотиться.
Ресницы Рэйдана дрогнули, губы чуть презрительно изогнулись, но на меня он не посмотрел. Думала, не ответит, но Рэйдан постучал кончиком ручки по губам, отбросил её в сторону и откинулся на спинку кресла.
– Потому что не хотел связывать жизнь с какой-то девушкой просто для галочки, – резко ответил Рэйдан. – Вопреки бытующему мнению, Ведьма не вылавливает любого зазевавшегося архонта.
– Вы считаете, у Ведьмы есть какая-то система выбора жертв?
– Это очевидно. Не все молодые архонты благоразумно прячутся по домам, некоторые выезжают на спор, ради куража, за пределы защищённых территорий. Не каждая лёгкая добыча становится жертвой, а порой Ведьма целенаправленно с угрозой для своей жизни добирается до покладисто прячущегося архонта.
Мне показалось, или у Рэйдана какое-то предвзятое отношение к браку? Все эти «для галочки», «портить себе жизнь» звучат не очень здорово.