Его хватка ослабла, и я, отскочив, резво подняла лопату:
– Остановись, иначе буду отбиваться!
Рэйдан зарычал и оскалился – совершенно дикий на вид с этими абсолютно чёрными глазами и ткавшимися из тьмы крыльями. Я пятилась.
– Моя… – пророкотал Рэйдан, надвигаясь.
– Последнее предупреждение! – не сработало, и я влепила ему по щеке. Лопатой, дракон же.
Бам!
Рэйдан грохнулся на бок… и всё.
Ведьма уже на две трети провалилась в землю, прикрывавшие её тени злобно шипели.
– Рэйдан, – я подошла и потыкала его черенком лопаты.
Он не шевелился. И, кажется, не дышал. От удара скула и висок посинели. В зелёном свете выглядело вообще жутко. Мёртво так.
Лопата со звоном грохнулась на каменные плиты.
На подгибающихся ногах я подошла и попыталась нащупать на шее Рэйдана пульс. Дрожащие пальцы запутались в его шейном платке, слепо шарили под ним.
Пульса не было.
Перевернув Рэйдана на спину, понадавливала на его грудь. Попыталась сделать искусственное дыхание, хотя не уверена, что это поможет при черепно-мозговой травме.
Точнее, была уверена, что тут не поможет, просто надеялась… на чудо.
Рэйдан не шевелился.
Я убила архонта. Даже отказывать ему нельзя, а я его убила… В глазах потемнело. Посмотрела на свои запястья: золотистый узор таял…
Я завалила дракона.
Оглянулась на Ведьму: на поверхности плит, продолжая в них «тонуть», торчали лишь части чёрной накидки. Никаких доказательств, что я хотела спасти Рэйдана от Ведьмы, и мотив его убить у меня был."
"Я попятилась. Споткнувшись о лопату, схватила её.
Мысли разбежались, но я точно знала две вещи: из Дрэгонхолла мне не уйти из-за контракта и за архонта меня убьют.
Пятилась до чулана с инвентарём. Закрыла за собой красивую витражную дверь. Поставила на место лопату. Собрала листы с записями и врезалась в стену на месте тайного хода. Надо вернуться в запертую комнату – это моё алиби! Я жить хочу!
Ломилась секунд тридцать. Сообразила, что нужен рычаг, нащупала шатающийся камушек, и простенок отъехал в сторону, открывая знакомое дно колодца с ворохом моих записей.
Обратный путь воспринимался урывками: вот запихиваю шпаргалки в декольте, лезу по лестнице из железных скоб, вот зеркало пропускает меня в маленькую гостиную. Вот только что смотрела на новую стопку папок с личными делами на столе Гунода, а вот уже сижу на подоконнике комнаты наказаний спиной к улице и трясущимися руками натягиваю туфли.
Чудовищный рык почти сбил меня на пол.
Полотно плюща на пару сотен квадратных метров окутала чернота.