Мысленно я сокрушалась: и я ещё обрадовалась, когда допросить меня пришёл лично он.
После трёх часов ожидания в комнате для допроса.
И после того, как они ещё час где-то там за пределами допросной читали мою объяснительную."
"– Я утверждаю, что Бэсси была похожа на меня, а я четыре дня назад получила записку с угрозой, – изо всех сил старалась не цедить, но получалось плохо.
Из-за постоянного скепсиса собеседника:
– Та самая записка, которая требовала с вас оплату за запрещённый на территории Дрэгонхолла артефакт.
Признание в одном повлекло за собой признание в другом… Единственное, о чём я молчала – о происшествии с Ведьмой. С этим пусть Рэйдан разбирается, а я ни перед кем светить своё участие в этом деле не хотела.
– Совершенно верно, – я сильнее сжала сложенные на груди руки.
Мне хотелось провалиться сквозь этот неудобный деревянный стул и дальше через каменный пол.
– Где вы находились в момент убийства? – спросил Брюа в очередной раз, даже не пытаясь выбрать другую формулировку.
И я в очередной раз повторила:
– Я не знаю, когда произошло убийство, поэтому не могу сказать, где находилась в этот момент.
Меня мурыжили уже больше часа. Я прошла все стадии от отрицания, гнева, торга, депрессии и теперь приходила к принятию того простого факта, что с проблемами придётся справляться самостоятельно.
Или идти сдаваться Рэйдану, пусть заботится о дорогой жене.
– Но вы можете сообщить, где находились с того момента, как исчезли из бального зала, – Брюа отвлёк меня от унылых, как эта допросная и его лицо, мыслей.
– Да, могу, – обречённо согласилась я и стала перечислять все события после расставания с Рэйданом.
Мне следовало догадаться, что клеймёной не поверят, что хранителям проще назвать меня обманщицей, чем признать наличие контрабандистов на вверенной им территории, но я была слишком растеряна и испугана, слишком хотела помощи.
– Леяна Боскан, как вы восприняли то, что жертва появилась на балу в платье, похожем на ваше?
Внутри всё дрогнуло: такого Брюа прежде не спрашивал. И вопрос этот был очень плохим знаком…
Он хлопнул ладонью по столу:
– Отвечайте!
Я вздрогнула. Сочетание агрессивности с флегматичным видом Брюа порождало пугающее впечатление.