Мэддокс держал меня на месте, не двигаясь ни вперед, ни назад.
— Твой рот мой, Белоснежка. Только мой член будет претендовать на него, и только мою сперму ты будешь глотать.
Он медленно выскользнул, но затем резко вошел, а потом так быстро и сильно впился в мой рот, что я чуть не потеряла равновесие. Я схватилась за его задницу, чтобы удержаться, отчаянно цепляясь за него, пока он владел моим ртом. Я тяжело дышала через нос, наблюдая за Мэддоксом. Его глаза устремились на меня, его губы разошлись, когда он задыхался и стонал.
Я никогда не была так возбуждена, а это говорит о многом, учитывая, что при каждом сексуальном контакте с Мэддоксом я кончала несколько раз.
Мэддокс оскалился.
— Ты моя Марселла, с моей фамилией или без нее.
Он напрягся и с подавленным стоном вошел. Он продолжал медленно двигаться, не позволяя мне отстраниться, даже если было трудно глотать, когда он находился внутри меня.
Когда он, наконец, остановился, я была близка к разрядке просто от того, что доставляла ему удовольствие.
— Черт, — пробормотал он, его голос был грубым. — Встань прямо сейчас, блядь."
"Я поднялась на дрожащих ногах. Мэддокс опустился на колени, обхватил мое бедро болезненным захватом и перекинул мою ногу через плечо, широко раздвигая меня, прежде чем погрузить в меня свой язык. Я прикусила нижнюю губу, подавляя крик, когда я сильно кончила, моя киска пульсировала вокруг языка Мэддокса.
— Мы уже слишком долго находимся в моей комнате, — сказала я грубым голосом.
— Нам нужно многое обсудить, — пробормотал Мэддокс.
— Мэддокс, — сказала я, но он поднялся на ноги и заставил меня замолчать, крепко поцеловав.
— Ложись на свою кровать.
Я сделала, как он попросил, несмотря на беспокойство по поводу того, что нас кто-то прервет. Я растянулась на кровати, когда Мэддокс подошел. Он встал на колени между моих ног и присел на пятки, любуясь моим телом. Он схватил меня за лодыжки и приподнял ноги, придвигаясь ближе, пока моя попка не уперлась в его бедра.