А я и сам хором не пою, и другим не позволю.
– Что?!! – вскричали оба пенсионера тем самым хором. – Вам?!
– Мне, – признался Архипов. – Я теперь полновластный хозяин. А ключи… Маше зачем-то понадобились, точно я не знаю. Вы никому их не давали?
– Конечно, нет! – воскликнула Елена Тихоновна и посмотрела на своего Гуню. Вид у нее был растерянный. – Разве можно чужие ключи… давать?!
– И не теряли?
– А почему вы спрашиваете? – поинтересовался Гаврила Романович немного дрожащим голосом. – Вы нас в чем-то подозреваете? Или пропало что-то?
“Хозяйка пропала, – подумал Архипов, – да не одна, а с братом Максом”.
– Не подозреваю, и не пропало, – галантно сказал он вслух. – Просто я воров боюсь.
– Воров? – переспросил Гаврила Романович.
– Ну да. Знаете, везде воруют!
– Воруют… – повторил несчастный пенсионер.
– У нас очень спокойный район и дом приличный, – вступила Елена Тихоновна, как будто не поверила Архипову насчет воров. – Вот только Воронья слободка, а остальные все культурные люди."
"– Мы вчера к ней заходили, – как бы про себя произнес Гаврила Романович и покивал на потолок, чтобы Архипов сразу понял, что заходили к Маше, на шестой этаж, – перед прогулкой.
– Недокормленного, – подсказал Архипов.
– Да-да! И мы… пригласили ее зайти к нам вечерком, почаевничать и поговорить, но она, знаете ли, отказалась.
– Как раз такого, – в ухо Архипову выговорила Елена Тихоновна, повела глазами и, словно спохватившись, сунула ему связку из трех новеньких ключей.
Было видно, что супругам до смерти хочется остаться вдвоем, чтобы обсудить потрясающую новость с новым наследником квартиры, а потом побежать к Генриху Палычу с Бригиттой Феликсовной и пообсуждать с ними еще немного.
– Да, – начал Архипов, вдруг вспомнив, – на прошлой неделе Лизавета Григорьевна чуть не свалилась с лестницы. У нее голова закружилась или что-то в этом роде. Она позвонила к вашим соседям, и они отвели ее домой. Вы ничего не слышали? Пенсионеры опять переглянулись.
– Наши соседи? – уточнила Елена Тихоновна.