С самого своего основания Русская Империя стояла на двух столпах – славянском и германском. На их симбиозе и взаимном дополнении. Немцы в России пусть и существенно более малочисленная, но никак не менее значимая народность. Они составляют основу инженерно-технического корпуса и квалифицированного персонала. В том числе в войсках. Эта травля – просто форменное самоубийство.
– Но как же быть? Мы ведь воюем с немцами!
– Разве? А мне казалось, что мы воюем с Вильгельмом II. И немцы, в той же Швейцарии, с нами вполне поддерживают мир и дружбу.
– Это разве что-то меняет?
– Конечно, – кивнул Максим. – Я не силен в идеологии и пропаганде. Но первое, что мне приходит в голову, это провозглашение Вильгельма узурпатором. Создание в России правительств в изгнании для Саксонии там, Баварии, Ганновера… Гессен-Дармштадта, наконец. Провозгласить целью войны освобождение немцев от ига кровожадного безумца. Безудержно писать про него всякие гадости, но так, чтобы не зацепить Августейшую фамилию. Родственники ведь.
– Но… – выдавила из себя Татьяна, удивленно смотря на Максима.
– Захват Черноморских проливов для нас всех – мечта. Но пока существует Германская Империя – Франция и Англия будут союзниками. А значит, не вцепятся друг другу в глотку. То есть никогда не позволят нам эти проливы захватить. В идеале, конечно, было бы недурно еще и Австро-Венгрию «освободить». Всю. По частям. В России ведь масса Великих князей без дела слоняется. Пусть займутся делом и сядут там в Богемском царстве, Венгерском и еще где-нибудь.
– Кхм… – поперхнулась Татьяна, смотря на Максима словно на инопланетянина."
"– Да вы не обращайте внимания, – отмахнулся он, понимая, что перегибает палку. – Я прекрасно понимаю, что говорю крамольные вещи. Сущий вздор. Но… это камерный разговор и надеюсь, он не дойдет до ушей Августейшей фамилии. Даже не представляю, как они отреагируют.