Я прикладывал все силы, чтобы не застонать. Постепенно удалось приноровиться к постоянной боли. Про себя улыбался — впору мажорчику сказать «спасибо». Только благодаря ему я научился терпеть и ждать. Будь я тем офисным планктоном, в слабом теле которого я сейчас нахожусь, то не выдержал бы и минуты. Рассказал бы всё, включая то, чего не знаю.
В последний визит военного я обвис на фиксаторах. Меня пытались привести в чувство, но я продолжал отыгрывать роль.
— И что с ним? — донёсся до меня разъяренный рык Столыпина.
— Не могу знать, — бесстрастно отрапортовал Альберт.
Ко мне подошел очередной человек и провел несколько опытов.
— Зрачок реагирует на свет, пульс в пределах нормы, дыхание ровное.
— Притворяется? — предположил полковник Стоменов.
— А это мы сейчас проверим, — сказал генерал. — Несите седьмой кейс. И девятый тоже."
"От тона военного по спине пронёсся табун мурашек. Видимо, ничего хорошего в будущем меня не ждёт.
Мне в бедро вонзилась очередная игла. Сердцебиение участилось.
— Он не может быть не в сознании, — с полной уверенностью сказал генерал. — А он неплохо держится. Намного лучше, чем другие пришельцы.
— Да, — подумав, всё же сказал я.
Кончик языка коснулся обтесанных зубов. Неприятно, но в сравнении с тем, что было пять минут назад — терпимо. Дальше таиться не было смысла. Своим ходом я отсюда не выберусь. Не в том я состоянии. А раз так, нужно разжиться хотя бы какой-то информацией.
— Предлагаю сотрудничество.
— Сотрудничество? — брови Стоменова дрогнули.
— Да. Вы рассказываете о пришельцах.
— И как?..
— Я не закончил, — перебил я. — Мы ведь были знакомы. Я всех вас уже видел.
— И что с того? — спросил Стоменов.
— Вы никогда не выполняете условия договора. Вам нет веры. Сперва отвечать на вопросы будете вы, а не я. Кто такие пришельцы? — сразу же задал я вопрос.
— Ну хорошо, — Столыпин прошел к своему стулу и занял место. В комнате, наполненной военными, повисла тишина.