Душе Марины была нанесена рана, которая не могла зарасти; своя незаживающая рана была и у Тристана, но не душевная, а телесная. Им было хорошо вместе.
В Элистранде их встретили с распростертыми объятиями. Габриэлла, которой было уже за семьдесят, вышла замуж за Андреаса и переехала в Линде-аллее.
«Какой смысл, нам, старикам, киснуть поодиночке или мерить версты между нашими усадьбами, если нам хорошо вместе», — говорила она.
Элиса взяла на себя смелость начать важный разговор.
— Почему бы вам не поселиться здесь навсегда? — предложила она. — Элистранд достаточно велик, мы не будем мешать друг другу.
Тристан взглянул на Марину, сам он уже давно вынашивал эту мысль.
— Должен признаться, что я чувствую себя здесь как дома, все-таки и я тоже отношусь к роду Людей Льда.
— Мне тоже здесь нравится. И было бы жаль разлучать Броню с маленьким Йоном.
— Тогда мы с благодарностью принимаем ваше предложение. Я перевезу сюда все, что у меня осталось, в том числе и собак. И еще мне хочется, чтобы вы знали: впервые в жизни я больше не чувствую, что мое имя Тристан означает «рожденный для скорби».
— И, слава Богу, — сказала Габриэлла. — Ты давно заслужил это! Вечно ищущий рыцарь нашел, наконец, свой Грааль.
Казалось, что Люди Льда успокоились. Они без страха отпраздновали наступление нового 1700 года… Что-то принесет им новое столетие?
Всех занимала мысль о проклятье, тяготевшим над родом Людей Льда. Они помнили о закопанном где-то котле, который освободил бы их от страха смерти.
Этот страх дамокловым мечом висел над всеми женщинами этого рода.
Подросло новое поколение, которому сильнее, чем прежним поколениям Людей Льда, хотелось разгадать эту тайну. Молодой ученый, один из новых потомков рода, взялся по-своему решить эту задачу. Для другого юного потомка Людей Льда смысл жизни сосредоточился на любви.
А третий…"