— Они хотели получше познакомиться с моей будущей женой.
— Кажется, они были не в восторге от твоего выбора.
— Не говори глупостей! Они полюбят тебя. Расслабься.
— Но они воспринимают меня как...
Анголос приложил палец к ее губам.
— Забудь о моих родных, какая разница, что они думают. Мне это совершенно не важно. Завтра ты их не увидишь.
Джорджи вздохнула с облегчением. Анголос изменился, приехав сюда, но она была уверена, что, когда они останутся в этом доме вдвоем, все наладится.
— Хорошо. Знаешь, я не сомневаюсь, что все они очень милые люди, но их так много.
— У меня сейчас нет никакого желания говорить о родственниках, — сказал Анголос, целуя ее в живот.
— У меня тоже, — выдохнула девушка, когда он снимал с нее ночную рубашку.
— Боже, какая же ты красивая.
Его слова заставили Джорджи забыть обо всем на свете.
Всю ночь они наслаждались сексом. Но проблема, затронутая вечером, наутро снова встала перед Джорджи в лице свекрови и золовки. Был уже полдень, а они так и не уехали.
Чуть позже Анголос сказал, что ему нужно непременно заехать в офис.
— Когда твоя мать и сестра собираются уехать домой?
Анголос посмотрел на Джорджи с удивлением.
— Домой?.. Я тебя не понимаю.
— Я спрашиваю, когда твоя мать и Саша собираются возвращаться к себе домой.
Анголос рассмеялся.
— Но они дома, голубка моя, разве я не говорил? Они живут здесь со мной.
На лице Джорджи застыла глупая улыбка.
— Нет, ты не говорил.
Узнав, что ей придется жить рядом с этими женщинами, Джорджи пала духом.
— Мама поможет тебе привыкнуть, а с Сашей вы одного возраста, так что быстро найдете общий язык.
Джорджи не проявила особого энтузиазма, отвечая на его поцелуй.
В тот день она в первый раз скрыла от Анголоса свои настоящие чувства, но не в последний. Вскоре Анголос добил ее неожиданным известием.
Он уезжал в Париж по делам, а это значит, без нее.
— Я бы с удовольствием взял тебя с собой, но это деловая поездка и тебе там просто нечего будет делать.
По возвращении из командировки Анголос невзначай сообщил ей, что обедал со своей бывшей женой.
Джорджи была по горло сыта ежедневными разговорами о Соне, которые вели ее свекровь и золовка. Ей захотелось кричать, но вместо этого она улыбнулась и тихо сказала:
— Как мило.