Даже если это означает отказ от всего, что я знал за семнадцать лет, прошедших с момента бойни.
Так я всегда называл это в своей голове, хотя погибло всего два человека. Пусть будет трое — включая трехлетнюю версию меня.
Она пострадала больше всех, несмотря на то, что смерть решила обойти её стороной.
Пришло время наконец-то что-то сделать с этими отвратительными воспоминаниями.
Раньше я не мог проявить инициативу, потому что жил под крышей родителей и находился под их постоянным наблюдением.
Однако сейчас я учусь в университете, и у меня достаточно свободы, чтобы искать правду.
Так сложились обстоятельства, что я знаю, какую именно информацию ему скормить, чтобы он остался озабоченным и оставил меня в покое.
Потому что недавно кое-что изменилось.
Я получил информацию, которая перевернула мои взгляды с ног на голову.
Это не что-то революционное, но это вершина айсберга — маленькая подсказка, которая позволит мне копнуть глубже.
На этот раз я не остановлюсь, пока не открою всю правду.
— Поджог не причинил большого вреда. Я немного разочарован.
Я убираю руку с лица, чтобы посмотреть на своего кузена — второго кузена, который сидит над моей кроватью.
Лэндон старше меня на три года, у него внешность утонченного принца и характер самого дьявола.
Или, скорее, Люцифера — того, кто управляет демонами и всеми непонятными существами.
Его каштановые волосы в хаотичном беспорядке падают на лоб, подчеркивая угловатые черты лица, которые ничем не отличаются от камней, которые он одержимо лепит.
Анархист подошел бы ему больше.
Поскольку я пытаюсь заснуть, я поворачиваюсь на бок и снова закрываю глаза.
От стула рядом с кроватью доносится скрип, указывающий на то, что Лэндон решил остаться, не обращая внимания на мое четкое «Отвали».
— Все могло быть намного лучше. Какая потеря потенциала.
— И ты мог бы уйти, чтобы я мог поспать.
Лэндон фыркает, легкая усмешка проливается из него, прежде чем он пинает мою спину.
— Проснись. Есть вещи получше, чем сон.
— Сомневаюсь.
— Что, если я скажу, что у меня есть второй кусочек головоломки для тебя?
Мои глаза открываются, и я медленно поворачиваюсь.
Лэндон ухмыляется, прекрасно зная, что я у него в руках.
— Рад твоему вниманию, кузен.