— Родная, ты примешь меня своей парой, чтобы моё сердце и волк перестали разрываться от боли и сомнений на части?
— Я-я-я…
Прищуриваюсь, прокручивая диалог с самого начала, и мысленно обещаю Грасу обязательно отомстить.
Вот же засранец!
Подловил, как есть, воспользовавшись ситуацией.
При всей стае окольным путем поставил перед выбором, где, по сути, и выбора-то уже нет. Оборотни и так меня Луной стали называть до того, как Райдэн успел всем официально представить.
Разве можно теперь отступить и унизить его?
Нет.
А Серебрянка, вредная девчонка, кажется, сразу обо всем догадалась. Вон как в груди вытанцовывает, перебирая точеными лапками и вертя пушистым задом.
Предательница!
Брось, Мия, ты и сама этого хочешь.
Тут же рыкает серебристая хулиганка.
Но…
Собираюсь возразить. Да куда там.
Он — наш истинный, я тебе об этом открыто говорила, а ты тихонько мечтала темными вечерами и грезила. Так почему не сократить время и просто не создать пару? Обещаю, я над Серым обязательно вдоволь за нас обеих отыграюсь.
Только фыркаю мысленно, нисколько не сомневаясь. Моя девочка в своем репертуаре.
Признаю, милая, ты была права.
Мы обе были правы, ведь наше сердечко сразу среагировало верно.
— Я приму тебя и твоего волка своей парой, Райдэн, — произношу чуть слышно, так как голос все же проседает от волнения. — А ты… примешь меня… своей парой?
Нервная дрожь пробегает по телу. Перед глазами вновь возникает тот альфа, что смеялся надо мной, обычной человечкой.
Но Грас не позволяет удушливой волне страха победить. Отвечает мгновенно, громко и уверенно.
Репетировал что ли?
— Принимаю и сердцем, и душой тебя и твою волчицу, Амилия Грас.
Смотрю в его глаза и читаю в них обещание заботы, нахожу теплоту и нежность. И значительно расслабляюсь.
— Ну, слава тебе, мать-Луна, дождались! — басовито выдыхает где-то сбоку Дорс, повышая градус общего настроения.
Дружных хохот и поздравления обрушиваются со всех сторон, а я робко улыбаюсь своему теперь уже мужу. Потому что Райден вот так хитро выполнил традиции оборотней, а запись в книге регистрации браков — всего лишь дань традиции для людей.
* * *— Амилия, прости меня, — произносит Райдэн, как только мы вдвоем входим в дом, оставляя шум и веселящуюся стаю на улице.