Храброму мансу не повезло напороться на накладной карман, украшенный серебряным позументом, так что прежде чем Шентия смог рассмотреть редкую тварь, я схватила Греттена за шкирку и засунула обратно в капюшон, прикрыв волосами.
— Еще есть чем удивить? — ровно спросил Шентия.
Я мотнула головой. Да поняла я уже, к чему это избиение младенцев задумывалось. Мол, владей я хоть всей магией мира, а против знаний и опыта я все равно букашка.
Шентия легким движением кисти призвал белую магию и та застыла передо мной зеркальной поверхностью.
— Смотри на себя.
Я взглянула в отражение. Глаза чужие, черные, бездонные.
— Ты не можешь ехать во дворец, понимаешь ты это?
Ну уж нет, не понимаю! Причем тут вообще это? Если мне выпал шанс добраться до имперских архивов, то я его ни за что не упущу. Шентия сам прочитал ответ в моем возмущенном взгляде.
— Случись что, ты пока не умеешь ни напасть, ни защититься толком. У тебя банально не хватает физических сил справиться с собственной магией. Задень тебя едким словом, и ты перестаешь контролировать Тьму.
— Да никто меня и не заставляет, — не выдержала я.
— Потому что они реальны. Я борюсь с ними каждый день, — отрезал Шентия.
— Но у меня-то их нет!
— Уверена? — усмехнулся его светлость. — То есть не тебя подставили и отчислили два месяца назад? Не тебя лишили детской памяти и запечатали магию, чтобы спустя годы она начала убивать тебя изнутри? Это кого-то другого спит и видит во снах мерзкий кровопийца в подземельях Фенгсель?"
"Меня передернуло от отвращения при мысли о старом вампире.
— Тогда научите меня сражаться. Но запретить мне ехать Вы не можете. Разве Вам нужен политический скандал с Лесом?
— Запретить не могу. Но надеялся на твое благоразумие, — вздохнул мужчина. — Даже не буду спрашивать, как вы умудрились заключить такой союз и что за тварь прячется у тебя за спиной.