— Не пытайся его переиграть, — строго предупредила меня Софья Яковлевна. — Оставь это для более опытного члена семьи.
— Ты… — начал было я.
— Мне есть чем прижать Александра. И я выясню, не он ли стоит за всем этим.
Я нахмурился и уточнил:
— Уверена, что тебе стоит с ним тягаться?
— Я уверена, что врагов нужно знать в лицо, — тут же ответила бабушка. — Пойми, Паша, личных недоброжелателей здесь не бывает. Покушение на тебя — это вызов брошенный семье. Если отравителя вы смогли вывезли из дома без особого шума, то взрыв «Империала» попадет во все новости.
Я кивнул:
— Понимаю. Просто не хочу начинать войну.
На лице женщины появилась хищная улыбка.
— Как получится, — сузив глаза пробормотала она. — Не мы начали все это. Может быть, все обойдется малой кровью. Но кровь прольется, Павел. Вызов брошен. Теперь наш ход.
Чехова резко развернулась и направилась к комнате моего помощника. Тихонько отворила дверь, заглянула в помещение. Задремавший на кресле Лаврентий тут же торопливо вскочил на ноги, уронив с колен открытую книгу.
— Здравствуйте, простите, что побеспокоила, — произнесла бабушка, и я в очередной раз поразился тому, какой убедительной она бывает, когда желает расположить к себе людей.
— Добрый вечер, — неуверенно ответил парень.
— Вы тот самый Лаврентий Лавович? — уточнила Чехова.
Парень на секунду растерянно застыл, а затем кивнул.
— Я знавала вашего деда, — продолжила Софья Яковлевна. — Замечательный был человек.
От этих слов глаза парня удивленно округлились:
— Но… Он почил около ста лет назад! — пролепетал лекарь.
Чехова кивнула:
— Знаю. Я сама провожала его на ту сторону, когда он решил, что больше не хочет оставаться в библиотеке вашего загородного дома.
— Разве… — начал было Лаврентий.
— Он тоже очень любил читать и не хотел уходить, пока не осилил все книги, — невинно заметила княгиня и подошла наконец к Фоме.
— Стабилен, — робко ответил лекарь.
— Не просыпается, — вздохнув, добавила Любовь Федоровна.
— Вы ведь специально не даете ему приходить в себя? — уточнил я у Лаврентия, и парень кивнул:
— Верно. Иначе он начнет сопротивляться лечению. Большое вливание сил может быть воспринято им как враждебное. Это работает на уровне инстинктов.