— Вот как их в приютах обижают. А ведь у них есть сила. Что же ждать простолюдинам навроде меня?
— Ну, ты себя с другими не ровняй. Ты рукастый и за любую работу брался.
— У меня и семьи нет, — тотчас возразил он. — Потому я как ветер в поле — мог куда угодно пойти и затянуть потуже пояс.
— Не поспоришь, — вздохнул я. — Но законы все больше смягчают, чтобы всем жилось проще.
— Знаю, вашество. И профсоюзы тоже часто встают на сторону рабочих, а не их нанимателя. Но упрекать тех, кто в долговую яму влез, мне сложно.
— Ты проверь его руки, — нахмурилась Виноградова. — Не набил ли этот мальчишка бандитскую татуировку. А то пойдет по глупости и малолетству по кривой дорожке.
— Я к ним бы никогда не пошел, — Фома словно услышал слова призрака. — Это не мое.
— И правильно, — я невольно заерзал на стуле.
— А вот вы, Павел Филиппович, хорошее дело делаете.
— Ну я всего лишь адвокат, — я развел руки в стороны.
— Про вас в городе говорят, вашество. Ваши поступки дают людям надежду. И веру в справедливость.
— Если бы еще узнать, кто пустил слух, что я благословил источник в монастыре, — буркнул я.
«Святой человек», — послышалось откуда-то с улицы. Виноградова глянула сквозь стекло и глухо выругалась.
— Что это было? — уточнил я с подозрением.
— Я вам уже говорила, — нехотя отозвалась женщина.
— То есть? — не понял я.
Виноградова закатила глаза, словно удивляясь, как я не понимаю такой банальной вещи, но все же произнесла:"
"— Павел, про тебя говорят многие люди, — терпеливо, словно маленькому, начала объяснять мне призрак. В домах этих самых людей порой живут призраки. И они-то как раз делятся услышанным друг с другом.
— То есть, это какое-то призрачное радио? — насторожился я и добавил. — Это так работает?
— Ну, я тоже приняла в этом участие, — призналась Любовь Федоровна, но в ее голосе я не услышал раскаяния. — Когда ты только начал работать, я усиленно «говорила» о том, что адвокат-некромант — это совсем неплохо. Призраки подхватили этот слух и понесли его по Петрограду. Вскоре живые уловили разговоры мертвых. Они не понимают смысл наших слов. Но впитывают суть.