Наверно, так и не понял, в чём тут прикол.
Немного отпустило: всё-таки среди строений, если с первого выстрела не снимут, есть где укрыться.
– А ты обратил внимание, Вася, – в нас не стреляют?
– Не, не обратил… Но точно – не стреляют. Если мы ещё дотопаем до калитки Руслана…
Мы таки дотопали. Бросили мешок наземь, показательно потрясли кистями рук – тяжела ты, блин, ноша непонятная! Я вежливо постучал в калитку и шёпотом предупредил:
– Вася, я очень прошу – не хватайся сразу за ствол! Веди себя как можно беспечнее.
– Понял, – кивнул Вася, в скрюченных пальцах рук которого легко угадывалась тоска по оружейному металлу. – Понял…
Калитка распахнулась – возник тот самый аксакал, который первым обнимал прибывшего Руслана. Видимо, отец.
– Маршалла ду хьога! – Я с чувством выдал на-гора весь свой запас. – Вогха стаг могушалла муха ю хьян?
– Дукха вехийла хье, – несколько озадаченно пробормотал аксакал. – Нохчо ву? Хье мичах вехаш ву?
– Мы к Руслану. – На этом мой запас и кончился.
– От Абая?!
В тоне аксакала сквозило недоумение. Типа – такие босяки, вовсе не нохчо, и от Абая?
– Да, от Абая. – Я очень дружелюбно улыбнулся, махнул рукой куда-то за околицу и ткнул пальцем в наш многозначительный мешок. – Он сейчас очень занят, подойти не может. Вот, просил передать…
– Щто это? – Мешок, как и следовало ожидать, аксакала заинтриговал.
– Он сказал – Рустик знает, – фамильярно подмигнул я. – Вы позволите зайти или нам тут подождать?
– Захады. – Аксакал посторонился, пропуская нас во двор, и закрыл калитку.
Вот так всё просто, дорогие мои. Уфф! Мы на месте. Живы, здоровы, с оружием и вне снайперских секторов. Просторный двор усадьбы Балаевых, как водится, почти на две трети площади перекрыт шифером.
«Нива» с раскрытой правой дверцей стояла у самых ворот. Под навесом две женщины копошились у стола. Мальчишка лет десяти разжигал мангал. Собак не было. Аксакал громко позвал:
– Руслан!
…и направился к скамейке под навесом.
Мы положили мешок рядом с «Нивой» и потихоньку двинулись к крыльцу.
Из-за угла дома вышел Руслан – в тельнике, обрезках резиновых сапог на босу ногу, на ходу вытирая лицо полотенцем.
– Вася! – тихо скомандовал я, положив руку на цевьё оружия.
Руслан увидел меня, вздрогнул и замер на месте. Не ожидал!
– Салам, Рустик, салам, родной! – Вася распахнул объятия и бросился к нашему фигуранту. – Как я рад тебя видеть!
Левой рукой Вася обнял Руслана за шею, а правую прижал к его животу.