Костя с Лизой торчали поодаль, вели наблюдение в бинокли и заумно беседовали на философские темы. Психолога определили стрелком прикрытия к даме вовсе не из-за хилости либо крайней непригодности – насчёт пробежаться по пустошам и пострелять исподтишка некурящий крепыш запросто дал бы фору старпёрам из второго эшелона."
"Тут, сами понимаете, всё дело было в личности дамы. Иванов предупредил всю честную компанию: девчонка в принципе нормальная, умненькая и личиком пригожа, но иногда того… балует, в общем.
Компания выводы сделала. К Лизе относились дружелюбно, но подчёркнуто «однополо» и с некоторой опаской, а наедине с ней вообще старались не оставаться! А Косте сказали:
– Ты у нас первый псих на деревне, вот и давай… проводи с личным составом реабилитационную работу…
Если с тренировками и прочими организационными штрихами проблем не возникло, то по основному направлению деятельности поначалу наметились некоторые нюансы.
– Не понял? Нас что, собрали, чтобы мы за своими сексотили? Вы вообще за кого нас держите, полковник?!
Вот так выступил на первом же рабочем совещании гестаповец Петрушин, когда Иванов довёл до них цели и задачи команды.
– Ну-у-у, Сергей Петрович! Ещё я на своих не стучал! Ещё я барабаном не работал!!! – немедленно поддержал боевого брата самобытный Вася Крюков.
Логическое обоснование первостепенной важности и актуальности задачи успеха не имело. Предатели, шпионы, вражеские происки? Резидентура? У нас что – тридцать седьмой на дворе? Или, может быть, мы на стратегическом объекте, утечка информации с которого мгновенно спровоцирует ядерную войну?! Нет, мы понимаем, менять боеприпасы на хавчик и водяру – нехорошо. Никто не спорит. Уроды они, уроды… А то что офицерские семьи с голодухи пухнут, ходят в тряпье и ютятся в сырых общагах, впятером на девяти метрах… это хорошо?!
– Гхм-кхм… – Глебыч укоризненно покачал головой.
Лиза с лейтенантом Серёгой синхронно смотрели вдаль, но каждый по-своему. Лизе было абсолютно по тулумбасу, кого выслеживать, вязать и исполнять. Тонкие пальчики её привычно ласкали кобуру табельного оружия, на губах блуждала загадочная улыбка. Предатели и резидентура – это хорошо.