— С драконом, — кивнула я, обвела взглядом пятерых серьёзных мужчин, по которым явно плачет белая палата (а может, они и вовсе оттуда всей компашкой сбежали?), и сказала: — Ну что ж, мне всё ясно… Драконы так драконы… — я попятилась к двери и добавила: — Но, знаете, я как-то не очень представляю себе такое сотрудничество. Не хочу, чтобы меня спалил… дракон или съел на завтрак…
— Ох, что вы, голубушка! — рассмеялся тот, который Д'Сант. — Мы не едим людей! И огненным даром обладают не многие из нас.
Чего?!
Он что, считает себя драконом?
Нервно сглотнула и произнесла:
— Ладно, пошутили и хватит.
Дёрнула за дверную ручку, но она не поддалась. Дверь осталась запертой.
Не поняла.
— Уважаемая Регина, не спешите, пожалуйста. Мы просмотрели не один десяток кандидатов, которые смогли увидеть наше объявление. Но никто из них, кроме вас, не обладает всеми нужными качествами. Мы очень хотим, чтобы вы выслушали нас и приняли наше предложение.
— Я… не желаю ничего слушать.
Мне этот цирк совсем перестал нравиться.
— Она нам не верит, — проговорил третий мужчина, молчавший до этого момента. Он посмотрел прямо мне в глаза и спросил: — Я прав, Регина Борисовна? Вы же нам не верите?
— Да. Я не верю, — сказала твёрдо, но в моём голосе нотки волнения всё равно проскользнули.
— Мы можем ваши сомнения развеять, — улыбнулся Д'Сант. — Готовы?
— К чему я должна быть готова? — напряглась я. Снова подёргала дверную ручку, но дверь так и осталась закрытой.
Чёрт! Кажется, я попала в лапы психов-фанатиков, верящих в то, что они драконы!
Боже, ну за что мне такое наказание? То неприятности на голову свалились в виде разрыва с… да и чёрт уже с ним! Увольнение с работы, выселение из квартиры… Ещё и это!
— Мы сейчас кое-что вам покажем, и я думаю, после этого мы сможем с вами поговорить уже по-другому, — ещё шире улыбнулся мужчина.
Не успела я даже осмыслить его слова, как вдруг порыв ледяного ветра рванул мои волосы, что на них тут же заблестели снежинки инея.
Я раскрыла рот в удивлении и поражённо уставилась на весёлого Д'Санта, который менялся на моих глазах!
Лицо мужчины очертилось белоснежно-ледяными гранями, а яркие глаза засияли ещё сильнее, и обычный круглый зрачок вытянулся в узкую линию. Как у ящерицы.
Кожа превратилась в толстую бело-голубую льдистую шкуру.
Ткань костюма треснула и разошлась по швам.
Он увеличился в размерах.