Стены такие чёрные, будто их коптили с утра до ночи! Старая посуда настолько грязная и так долго слёживалась здесь, что превратилась в единое нечто, поросшее страшной живностью типа плесени. И центром этого вопиющего апокалипсиса было проросшее сквозь пол молодое дерево.
Представили весь этот кошмар?
— А вот это уже перешло все границы! — прорычала я вслух и солдатским шагом направилась за драконом.
Пыхтя от злости и сжимая руки в кулаки, я костерила про себя драконов-кадровиков, которые не удосужились своему гению предоставить нормальный, пусть даже и простой, но пригодный для нормальной жизни дом!
Обошла весь первый этаж и ничего не поняла.
Куда подевался Калеб?
— Калеб! — позвала я дракона, когда вернулась в холл.
В ответ раздалось моё эхо, ветер издевательски хлопнул сеткой вместо входной двери.
— Ка-а-а-але-е-е-э-э-эб! — заголосила я, побольше набрав воздуха в лёгкие.
Но снова осталась без ответа.
Опять хотела позвать этого учёного, как вдруг непонятно где-то и неясно откуда прожужжал какой-то механизм, раздались странные щелчки, и чтобы понять, откуда исходит этот звук, я вихрем ринулась в нужную сторону.
В гостиной, что прилегала к холлу, вдруг увидела, как полуразрушенный камин, обвешанный простынями из паутины, медленно отодвигается в сторону. И из чёрного провала в стене вышагивает крайне недовольный Калеб.
— Зачем звала меня? Ты так быстро приготовила ужин?
Сложила руки на груди и ответила:
— Ага. Приготовила ужин из того дерева, что поселилось у вас на кухне.
— Что? — вздёрнул он брови.
Возвела глаза к потолку и прошипела:
— Калеб! Это был сарказм! Я не приготовила вам ужин, потому что в том месте, где должна быть кухня, это сделать просто невозможно! А я, между прочим, в отличие от вас и других драконов, магическим даром не обладаю! Поэтому…
— Так и знал, что мне снова подсунут неженку, неспособную выполнить самые элементарные поручения! — простонал дракон и потряс руками над головой. — Ну что за наказание? Неужели я так много прошу?
Блин! Он что, прикалывается сейчас надо мной?!
Если нет, то я забуду про своё воспитание и стукну его по гениальной, неровно стриженной и давно не мытой башке!
Сдерживая свой гнев, я взяла за здоровую руку Калеба и потянула за собой.
— Отпусти меня, — дёрнулся он.
Но у меня хватка крепкая. Я сильнее сжала пальцы на запястье мужчины и дёрнула его на себя.
— Идите за мной, — сказала строго и добавила серьёзным, не терпящим возражений тоном: — Пожалуйста, Калеб.