Посмотрела на него долгим и не верящим взглядом и поинтересовалась:
— А весь этот дом? То, что он в таком жутком состоянии, тоже своего рода проверка?
— А что дом? Дом меня полностью устраивает. Его древность и некоторая покалеченность имеют особый шарм, — я скривилась. Да уж, нашёлся тут любитель старины. — Но дело не в этом, — продолжил Калеб. — Чем древнее место, тем сильнее оно энергетически. Мне для одного важного исследования необходима сила этого места. Я не просто так выбрал этот дом.
В голосе Калеба прозвучали нотки благоговения.
Но что за фигню он гонит?
— Простите, конечно… Но когда вам потолок на голову рухнет – это как тогда воспримете?
— Регина, не преувеличивай. Дом вполне ничего ещё. Я пошёл тебе навстречу и помог с кухней. Но о большем не проси. Кстати, твоя комната на втором этаже.
И ушёл довольный собой.
А я медленно направилась к кладовке и, вздохнув, покачала головой.
Вот же драконище вредный. Взял и утаил от меня кладовую с погребом.
Распахнула дверь, и едва я это сделала, как в просторном помещении, зажёгся мягкий желтоватый свет. А в лицо ударил морозный и пропитанный продуктами воздух.
И то, что предстало передо мной в кладовой, поразило меня.
— О-бал-деть… — проговорила по слогам.
Я обнаружила годовой запас продуктов!
Кладовая была поделена на два отсека.
В другом – колбасы, сыры, всевозможные баночки и мешочки, подписанные и нет.
Разные масла!
Молочные продукты!
Проще перечислить, чего тут только не было.
— Ну, Калеб… — процедила я, оглядывая добро. — Как можно молчать о таком богатстве?
А в погребе было всё намного скромнее.
Отборная картошка весело выглядывает из мешков. На полках банки… баночки… пока ещё пустые.
Настоящие кадушки, может быть, дубовые. Тоже пустые. В них можно заготовить соления на любой вкус! А ещё яблочек наделать мочёных.
На полках я нашла вино… Подумала, подумала и взяла одну пыльную тёмную бутылку с собой.
Нужно распробовать и понять, можно ли ставить напиток на стол.
Погреб, сказать по правде, пока был пустоват, не считая картошки, других корнеплодов и бахчевых.