Наверное, следовало вернуться, но ноги сами собой понесли меня к машине. В конце концов, сладкое вредно, особенно на ночь.
ГЛАВА 20
Утром я едва дождалась, пока домашние разбегутся по своим делам. Впрочем, особо задерживаться никто не стал. Сережка и Юлечка унеслись в половине восьмого, прихватив с собой Лизу и Кирюшку. Еще раньше уехала на своей машине Катя. Я как раз проснулась и, зевая, потягивалась у окна, когда подруга выезжала через ворота. Никогда бы я не сумела стать хирургом! Мне ни за какие коврижки не воткнуть скальпель даже в глубоко спящего человека.
"Курочкорябские поднимались позже. Оля отправилась на работу в десять, а Ася в одиннадцать.
– Ты будешь дома? – спросила она, беря ключи.
Я замялась:
– Пока не знаю. До обеда, скорей всего, да, а потом поеду по делам.
Ася смущенно улыбнулась и показала мне большую темно-зеленую папку:
– Понимаешь, мне надо обязательно сегодня рукопись в издательство отнести, иначе рублем накажут.
– И когда ты только все успеваешь? – удивилась я.
Ася вздохнула:
– Сама не понимаю. Тут недавно прочитала в газете про одного парнишку, его молнией шарахнуло.
– Говори, – улыбнулась я.
– Лев Яковлевич встает в полдень…
– Замечательно, не стану его будить.
– Ему надо подать завтрак.
– Хорошо.
– Геркулесовую кашу с кленовым сиропом.
– Ладно.
– Смотри не перепутай, он без сиропа не ест. Та-кая бесцветная жидкость, бутылка в шкафу, у окна.
– Постараюсь найти.
– Еще какао.
– Будет исполнено.
– Но не растворимый, натуральный свари, из пачки.
– Иес.
– Каша должна быть горячей, а какао теплым. Лучше сделай его заранее.