– Да, мамочка оступилась, но она с уголовниками из-за меня связалась, хотела мне хорошие продукты и красивую одежду покупать, нормальное образование дать.
– Любишь мать? – слегка оттаял Пискунов.
– Очень, – кивнула Елена.
– Ну ладно, – смилостивился Егор Фомич, – продавай свою квартиру, покупай в Табаско за десять тысяч дом, и живите. Но помни, если Ольга безобразничать начнет, я не посмотрю, что она в инвалидной коляске катается. И парламент не сжалится. Выгоним вас в одночасье. Согласна на мое условие?
Перебравшись в Табаско, Леночка от счастья летала над землей.
Тем же вечером мать заявила:
– Хочу в санаторий.
Леночка возразила:
– Мамуля, туда берут исключительно инвалидов.
– А я кто? – возмутилась старшая Богатикова.
– Одиноких! – уточнила дочь."
"– Я сижу день-деньской без тебя, – закапризничала Ольга. – Мне рассказали, что там очень вкусно кормят, кино показывают и кремы для лица дают. От них кожа делается бархатной, молодой, морщины исчезают.
– Мамулечка, я куплю тебе любые продукты и косметику, – пообещала Лена.
– Нет, хочу туда, – тоном избалованной девочки потребовала Ольга. – Неужели трудно за родную мать похлопотать?
Лена пошла в дом милосердия и поговорила с Зинаидой Борисовной. Главврач оказалась приятной женщиной, однако она вежливо отказала Богатиковой:
– Мы принимаем несемейных и нетабаскинцев. Исключений никогда не делаем. Если твоя мать хочет употреблять наши кремы, то в магазине при фабрике вы найдете любые, там же можно получить бесплатную консультацию косметолога.
Узнав, чем закончился поход дочери, Ольга устроила истерику. Но на следующий день, к удивлению Лены, о своем желании отдохнуть в доме милосердия не заговаривала. Поехала на прогулку, вернулась веселой, много смеялась.
Через неделю после того, как Лена побывала у Зинаиды Борисовны, у Ольги по вечерам стала подниматься температура. Невысокая, не более тридцати семи и двух.