— Генерал Гилберт, вы разве не помните, что очень опасно играть на поле противника, не зная правил? — я откинулась на спинку дивана, сложила на груди руки и расслабленно вытянулась.
Генерал слегка наклонил голову и в глазах его застыл невысказанный вопрос.
— Вы не заметили, куда вы пришли? — я обвела взглядом апартаменты командора, а потом сфокусировалась на Гилберте. — Вам не приходило в голову, что наш разговор может прослушиваться Райдэком?
Гилберт посерел и напряженно уставился в мое лицо.
— Может, — уточнила спустя секунду.
— Вы этого не сделаете, — посмотрел на меня в упор Гилберт."
"— А я бы не была так уверена на вашем месте. Что вы мне предлагаете? Жалкую подачку в виде нашивок на мундире? А теперь подумайте, что мне может предложить Райдэк? Зачем мне ваше мизерное пожизненное содержание, когда я могу получить все это, — я широко раскинула руки и улыбнулась, — вместе с хозяином в придачу.
Кажется, такого поворота Гилберт точно не ожидал:
— Вы серьезно?
— А почему нет? — продолжила блефовать я. — Командор независим, молод, свободен, я тоже молода, независима и совершенно свободна…
Генерал как-то подозрительно фыркнул и вдруг выдал:
— Ну, со свободой в таком случае вам придется попрощаться, а разве не ее вы цените превыше всего?
Я беспечно передернула плечиком, продолжая изображать из себя расчетливую стерву:
— С такими возможностями и деньгами, как у командора, я как-нибудь переживу надетые на меня брачные кандалы, тем более что они все равно дадут мне больше свободы, чем ваш незабвенный штаб.
— Боюсь, вы не совсем представляете, с кем имеете дело, капитан Паркер, — испортил мой триумф Гилберт. — Дело в том, что женщин на вояджере Райдэка никогда не было не просто потому, что он их не воспринимает как штатную единицу. Ваш пример доказал обратное, — генерал выдержал многозначительную паузу, а потом почти убил меня своими словами: — Женщин его расы априори никто и никогда не видел.
Если я и была шокирована, то виду не показала.