Специалистами такого уровня, как вы, не разбрасываются. Даже если они женщины.
Шок. Так вот почему утром приходил Гилберт.
— Не имеете права, — я начинала звереть, очень четко осознавая, что меня загнали в угол.
— Имею, — отчеканил Райдэк. — Своим первым помощником вас назначил не штаб, а я. И по заключенному с КОГ контракту без моего согласия они не могут вас перевести на другой корабль эскадры. А я не согласен, капитан Паркер, — он неотрывно смотрел в мои сверкающие яростью глаза, понимая, что если бы взглядом можно было пристрелить, я бы сейчас всадила в него всю обойму.
Можно ли было шокировать меня еще больше? Да что вообще происходит? Сначала набрасывается, как зверь, теперь просит прощения…
Больной. На всю голову. Лакс, вот это я влипла.
— Я принял вас за шпионку Конфедерации, — Торн выпрямился и заложил за спину руки, обретая привычную невозмутимость и цивилизованный лоск.
Между двумя этими событиями я не улавливала никакой связи, а потому не понимала, что и как повернулось в извращенном мозгу командора, заставив так отреагировать на то, что произошло в кают-компании."
"— У вас ко всем агентам штаба такой разоблачающий подход? — офигевая от такого поворота, ощерилась я. — Генерала Гилберта вы тоже зажимаете в кабинках лифта, угрожая ему Райдэком-младшим? Или он и есть та самая ценная технология, ради которой секретные службы конфедерации скачут перед вами на задних лапках?
Райдэк впал в ступор, молчаливо пялясь на меня, как на выпавший посреди жаркого лета снег.
— Расчет был несколько другим, — прочистив горло, признался он. — Мне казалось, что именно этого вы и добивались.
— Чего? — не выдержала я. — Чтобы вы отымели меня в кабине лифта на глазах у всего экипажа?
Командор лениво повел бровью, и в его лице я не заметила и намека на зарождающиеся крупицы стыда.
— Зачем же в лифте? — не моргая, посмотрел на меня он. — Мы почти на месте.
Маячившее за его спиной спасительное пространство коридора внезапно показалось мне слишком тесным, как и огромный вояджер, в котором я была замкнута, как птица в клетке. Мир качнулся маятником, и едкая тошнота подкатила к горлу.