Солдат с инициативой это хорошо, но если этот боец начинает припахивать своих сослуживцев, сначала по службе, а потом по своим прихотям, это ни есть хорошо. Тем более некая хитрожопость у Рафикова присутствовала, и слова он коверкал не потому, что плохо язык знал, а с какой-то своей определённой целью. Есть ещё и другой нюанс, сегодня он над своими приподнялся, потом на сержанта забил, ну а после и на офицера положил большой и толстый. Ну, допустим с сержантом, может возникнуть проблема, все отмазки хитросделанных я знаю, да и в дыню зарядить для большей усвояемости не постесняюсь.
Глава 4
Два брата-акробата управились за пару минут, сбегав за трофейными карабинами, и стоят уже возле меня.
— Товарищ сержант, ваше приказание выполнено. — Рапортует Гусев.
— Ну, вот, молодцы. Ничего не забыли? А теперь посмотрите на меня и на себя. Чего не хватает? — спрашиваю я.
— Пистолета⁈
— Пистолета это понятно.
— Из винтовки.
— Гусев, ты русский вообще? Не из чего? А чем? Разницу улавливаешь?"
"— Так винтовки же заряжены, а в них патроны. — Приходит Лебедев на помощь напарнику.
— А ты проверял?
— Нет.
— И сколько вообще патронов в твоей винтовке?
—???
— Вы вообще из винтовки стреляли, из любой.
— Из трёхлинейки, три раза.
— Попадали? Впрочем, не важно. Смотрите. — Заряжаю один из немецких карабинов и ставлю на предохранитель. — Целься Гусев.
— Удобно?
— Пимпочка мешает.
— Отгибай вправо, и стреляй. Да пальцем, а не второй рукой. Вот, целься в луну и нажимай на спусковой крючок.
— Бах! — Прогремел выстрел.
— Попал?
— Нет.
— Ладно, потом собьёшь.
— Лебедев, теперь ты. Да из своей винтовки стреляй. Не дёргай ты за ствол Гусевскую. Хорошо, что я только один патрон зарядил… Да не влево а вправо отгибай. Большим пальцем. Вот, молодец. Целься в луну. Стреляй. Не стреляет? Ничего не забыл?.. А затвор передёрнуть?
— Бах!
— Не попал? Бывает.
Ночное солнце сковырнуть с неба не удалось, но зато стрельбу по воздушным целям бойцы отработали. Оставалось ещё по наземным, но возможности пока не было.