А в том, что он начнёт говорить, если его возьмут, сомнений не было… Говорят все, только к каждому надо найти соответствующий подход.
Юрген знавал умельцев, которые и фонарный столб могли разговорить, так что иллюзий у него никаких не было.
Приняв решение, он снова набрал Бакалавра, и изложил ему, что и как он должен делать.
Особо подчеркнул, что теперь именно Бакалавр будет поддерживать связь с Жорой, который пойдёт на разведку.
Так же Юрген известил его о том, что этот коммуникатор будет оставлен в коллекторе, и звонить по нему будет совершенно бесполезно.
После того, как Бакалавром были получены подробнейшие инструкции, Юрген нажал отбой.
С усмешкой посмотрел на коммуникатор, после чего недрогнувшей рукой отправил его в полёт вслед за недавно выброшенным окурком.
Девайс упал в кучу мусора.
Юрген потянулся в карман, и извлёк из него ещё один коммуникатор. Но этот был совсем небольшим. Он активировал его и отправил обратно в карман.
Юрген последний раз оглядел неуютное помещение, и поднялся на ноги.
Едва он успел сделать пару шагов по направлению к выходу, как лежащий в куче мусора коммуникатор начал трезвонить.
Юрген покосился в этот угол, но потом продолжил свой путь к выходу, лишь негромко пробормотав:
— Нет уж, ребятушки, умерла, так умерла…
А когда он уже покинул заброшенный коллектор и уже даже поднялся по ржавой лестнице к люку, закрывавшему выход на поверхность, зазвонил коммуникатор, лежавший у него в кармане.
Сколь бы ни был Юрген безэмоционален и отморожен, а он, всё же, заметно вздрогнул, услышав этот звонок.
Уцепившись одной рукой за металлическую перекладину, он другой рукой нехотя поднёс аппарат к лицу, он прочитал на определителе слово «Паук».
Криво усмехнулся, и, нажимая сенсор ответа, пробормотал про себя:
— Помяни чёрта, он и появится…
Глава 4
Облом
— Бакалавр, ты чо командовать то взялся? — вызверился на кореша Жора.
— Юрген поручил, — Бакалавр сохранял благожелательный тон и интеллигентную улыбочку, за которую его и прозвали Бакалавром. Уж очень он походил на грамотного. Хотя, если по правде, то всё его образование сводилось к четырём классам местной церковно-приходской школы, которые он успел закончить, покуда были живы родители.
А дальше пошли суровые уличные университеты.