Арахниды уже слишком глубоко запустили свои жвала в человеческие земли, и совсем скоро люди о них узнают. О них. Не о нас. И мы в глазах людей предстанем такими же монстрами.
— Мы ОСТАНЕМСЯ в их глазах такими же монстрами, — возразил старик.
Было видно, что между советниками главы спор на эту тему идет уже давно.
— Вот потому нам и нужно создавать коалицию с людьми. Иначе повторится то, что случилось во времена Исхода! Но все будет в разы хуже! Ведь Пустошь перестанет быть неприкосновенным местом. И барьер из монстров уже никого не сдержит.
— Между нами и людьми не может быть ничего общего! — продолжал упорствовать старик. — Пусть только эти слабосилки к нам сунутся!
— А я согласен с Алишером, — вмешался в перепалку красноволосый. — Времена меняются. Из людских земель приходят тревожные новости. Наши наблюдатели, такие как Лайза, уже давно обеспокоены ненормальной активностью арахнидов. Даже в Пустоши они приобрели слишком большой вес. Горячие головы из других рас поддерживают их, и ходят упорные слухи, что скоро все изменится и арахниды отомстят людям за столетия изоляции и захватят близлежащие королевства.
— И совершат ту же ошибку, что и наши предки! — снова дернул щекой старик, раздражаясь. — Люди, как тараканы, выживают и плодятся при любых раскладах! Это у нас с рождаемостью проблемы, а у них нет! Даже наша древняя кровь, смешиваясь с их кровью, охотнее дает потомство. И несмотря на это, залог сохранения древних рас — изоляция! Наши предки это понимали и отгородились от людей стеной, создали монстров и защитный периметр.
"— На тот момент это было единственным выходом, — спокойно ответил чернохвостый. — Между нами было столько крови и взаимной ненависти, что полная изоляция стала выходом и для нас, и для людей. Иначе война продолжилась бы до полного уничтожения. До сих пор мы для них кровожадные бездушные твари, монстры, которые способны только убивать и ненавидеть. Но времена меняются, между нами уже нет рек крови.
Глава шумно вздохнул и произнес, прерывая спор:
— Мне кажется, вы можете собачиться днями напролет. — И посмотрел на Лайзу. — Ты узнала, кто из древних является родителем магистра Птички? Ее ведь так называют в академии?
— Да, так и называют. И нет, глава, я не узнала, кто из ее родителей был обладателем древней крови рас Пустоши. На разуме Эйлин стоит мощный блок. Она не помнит родителей. Вообще ничего не помнит из того, что было до их гибели.