- Мне нужно принять, что ты человек.
Да, именно так. Мне удалось это озвучить не только для него, но и для себя самой. Не тень, не страх, не таинственное существо, преследовавшее меня, а человек. А ведь именно таким - чем-то сверхъестественным он мне и казался. Нет, мозгом и логикой я, конечно, понимала, что он из плоти и крови, но эмоциями и ощущениями воспринимала его иначе. Таинственный, пугающий, загадочный, способный оказываться там, где, казалось бы, это невозможно. Но он оказался человеком. И я, прислушавшись к себе, понимаю, что не испытываю разочарования, узнав его ближе.
– А тебе казалось иначе? - Назара, кажется, моё высказывание веселит.
Он усаживается напротив меня за стол и откусывает кусочек сыра. Улыбается. И… меня эта улыбка завораживает. Пленяет и возбуждает не меньше, чем его прикосновения в темноте завязанных глаз.
– Возможно.
Я тоже беру кусочек сыра и тоже откусываю, удерживая его взгляд. Мы уже не просто едим.
– Ешь, Надина, - голос тот же, что и из-под капюшона, только теперь у этого голоса есть лицо и острый, цепляющий взгляд. - Ты голодная, а силы надо пополнить.
– А мне придётся их тратить? - я прикусываю губу, чтобы сдержать улыбку.
– Однозначно.
Аппетита, конечно, уже никакого нет. Точнее есть, но он не связан с едой.
Кусочек сыра я всё же доедаю, но на большее нас обоих не хватает.
Его взгляд - ново для меня. Руки я уже знаю, губы тоже, а вот взгляд - нет. И меня невероятно возбуждает то, как он смотрит на меня, как блестят его глаза, когда снимает мою одежду, как его заволакивает пеленой, когда тут, на кухне, прямо у стола я опускаюсь перед ним на колени.
Мне хочется.
Хочется, чтобы не только он попробовал меня, но и я его.
Это непривычно, остро, странно и очень возбуждающе. Мне нравится доставлять ему удовольствие, нравится чувствовать его реакцию. Нравится ощущать в руках его твёрдую эрекцию и пробовать на вкус.
Но закончить он мне не даёт. Поднимает, стаскивает джинсы и бельё и усаживает на стол.