Шелестов постеснялся спросить, кто он по национальности. Возможно, немец. «Национальный ценз» работал. Имелся негласный запрет принимать на те или иные должности людей определенных национальностей. Но исключения имели место. А если руководство мыслило нестандартно и доверяло человеку, то эти исключения становились правилом.
— Территорию охраняют несколько автоматчиков. Вайсман не хочет раздувать штат охраны, и это нам на руку. Ворота, часть периметра, обратная сторона. Река, вы правы, слабое место.
— Вы вхожи к Вайсману, Герман?
— Да, я был у него вчера, был сегодня. Привожу сводки из штаба дивизии для него лично и его аналитиков. Это данные полевой разведки, отчеты радиогрупп, информация о немецких войсках и тому подобное, вплоть до прогнозов погоды. По крупному счету, ничего интересного. Только не спрашивайте, сколько нервов мне стоило получить эту должность… Вчера, заручившись уважительной причиной, я прибыл к нему вечером, в районе девяти. Ординарец попросил подождать, дескать, полковник изволил купаться, а потом сел ужинать.
— Но нам к нему не подойти…
— Минуточку, не спешите. Есть лазейка. Не уверен на сто процентов, но способ зайти с реки имеется. Вы обладаете хорошей физической формой, значит, справитесь. По легенде вы связисты?
— Да.
— Тогда держите документы. — Герман бросил на стол тонкую папку. — Я сегодня отдал ему не все, как чувствовал.