Если привозили мертвую овцу на корм собакам, это тотчас же фиксировалось на табличке. Для этих людей не было событий, недостойных того, чтобы быть зафиксированными. Кроме того, все записи тщательно датировались – указывались день, месяц и год, когда произошло то или иное событие. Писцы, служившие представителям III династии Ура, даже изобрели балансовую ведомость, где фиксировались доставленные и отправляемые грузы и животные, а внизу «листа» в конце дня записывались напоминания или сведения о наличии недостачи.
С дворцовыми и храмовыми стадами было тесно связано процветавшее ремесло по изготовлению изделий из шерсти и кожи. Земледелие также подвергалось самому пристальному контролю в случаях, если речь шла о дворцовых или храмовых землях. Количество посевного зерна, размер урожая, объем зерновых в хранилищах и сведения об их осмотре, информация о доставке зерна из зернохранилищ – все это тщательно фиксировалось. Зерно отгружали на перемалывание, на откорм скота или тем, кто получал им плату.
Мерой стоимости являлось серебро. Иными словами, говоря о ценности предмета, оперировали стандартными единицами веса этого металла. В идеале за зерно платили один шекель серебром (шестнадцатую часть мины, то есть около девяти граммов) или гур (пять с половиной бушелей[4]) ячменя. Стандартной мерой сыпучих тел являлся царский гур, состоявший из 300 сил и введенный в обиход Шульги. Цены в правление III династии Ура, как и в любое совершенно спокойное время, не колебались. После четвертого года правления Ибби-Суэна, как будет сказано ниже, ситуация значительно ухудшилась.
Высоко ценился любой металл, так как в самой Вавилонии они встречались редко, а привозить их было дорого. Иногда металлы привозили в виде необработанной руды, но чаще – в качестве уже сформованных брусков и колец, что значительно облегчало их доставку. В Вавилонии их переплавляли и изготавливали орудия труда, предметы роскоши и украшения. Для изготовления металлических изделий, использовавшихся в быту, применялась бронза (как и сейчас, сплав меди с оловом).
Качество перевозок, как и работы царских гонцов, было весьма высоким. В текстах, вырезанных на табличках, четко зафиксировано количество людей, необходимых для того, чтобы тянуть судно на веревках или с помощью багров.