– ЖК «Солнечная система», – улыбаюсь нелепому названию. – Дом восемь. Поднимусь на крышу. Семнадцатый этаж, самое оно. Наверняка. И людей там не будет ночью. Не хочу, чтобы видели дети или… – дергаю плечом и закрываю глаза – трещины успели надоесть до отвращения.
– Ночью – это когда? – голос у Яна напряженный.
– Часов в двенадцать или позже, не знаю, – он хочет посмотреть, что ли?
Почему-то от этой мысли становится спокойнее.
– Пока, – коротко говорит Ян и отключается.
Если бы я не должен был умереть, я бы сказал ему, что влюбился.
Откладываю телефон и возвращаюсь к трещинам.
***
– Мам, – шепчу, не очень понимая, спит ли она или просто не может открыть глаза из-за слабости. – Слышишь?
– Да? – бледные губы едва шевелятся, произнося это короткое слово. Передо мной на постели лежит изможденная семидесятилетняя старуха.
Ей ведь всего сорок шесть.
В глазах щиплет.
– Я… ухожу, – выговариваю с трудом. – Оставил тебе на тумбочке молоко. Катетер чистый. Все остальное тоже. Телефон у тебя заряжен.
– Куда ты? С друзьями? Не задерживайся допоздна, – она говорит едва слышно.
Давно она перестала различать день с ночью?
Коротко касаюсь ее холодной руки и встаю. В груди больно тянет. Это единственное, с чем я не смирился.
Плевать.
Дверь хлопает, как крышка гроба.
Сравнил, блядь…
***
Дорога не запоминается. Как и то, как я пробирался на территорию комплекса. В себя я прихожу уже на крыше, когда порыв холодного ветра бросает мне в лицо взвесь дождя и бетонной пыли.
Под ногами хрустит строительный мусор, шуршат обрезки толстой пленки, утеплителя.
Медленно иду к краю, считая зачем-то шаги.
Откуда Ян будет смотреть? И будет ли? Зачем тогда спрашивал адрес?
Капюшон плохо спасает от ветра и холода. Еще немного – и меня начнет трясти. Зачем я тяну? Я ведь пришел сюда с определенной целью. За меня этого не сделает никто.
Единственное мое самостоятельное решение.
По крайней мере, я никогда не умру от рака.
Осторожно гляжу вниз.
Охрана здесь просто отвратительная. Странно, что новенькие кирпичные стены еще не изрисовали нецензурщиной и граффити.
Сердце колотится где-то в горле. Один шаг, и…
Почему-то вспоминаю руку Яна на моей спине. Горло перехватывает спазмом, в глазах щиплет. Жаль, я так и не скажу ему ничего.
С другой стороны, никто не узнает, что я голубой.