Что за развратный отель?!
– Я все могу понять, но Алефтина Владимировна, вы то куда?
Да-да, как раз та бухгалтер, полюбившая барную стойку. Я еще она, оказывается, любит нашего молоденького курьера.
Спешу в сторону лестницы, спотыкаюсь, чуть ли не падаю, снимаю, наконец, ужасные туфли и по лестнице бреду босиком, то и дело настороженно поглядывая вперед. Вдруг и тут кто-нибудь соединился. Воспоминания о криках Наташи меркнут перед видением почти раздетой Алефтины Владимировны и курьера перед ней на коленях.
Так, а какой номер у Ильи? Чего-то я забыла. А, вспомнила! Двести семьдесят пять.
Кое-как доплелась до нужного номера, стучусь тихонько, чтобы соседние номера не спалили, там наверняка тоже наши. Мне никто не открывает. Тоже что ли, не абонент? Стучусь уже громче – не-а. Может уснул?"
"Всхлипнув, долбанула кулаком по двери и отправилась вниз, в банкетный зал. Там наверняка еще кто-то гуляет. Нет, не мужика на ночь искать, но гд-то же мне надо оставшуюся ночь пересидеть.
В банкетном зале нашла пару знакомых женщин-коллег, с которыми мы хорошо так посидели, уже не ели, поскольку еды толком и не осталось, но напитков было море, уж как мне сочувствовали, и муж гад, и начальник этот гад, уснул.
Позже обнаружила себя почему-то на ресепшене, горько плачущей и жалующейся парню за стойкой, что потеряла телефон, что в номер не могу попасть, не знаю, что вообще со своей жизнью делать.
– Ну, попасть в свой номер я могу вам помочь, – с сочувствием произнес парень.
– Триста семьдесят пять, – заплетающимся языком отвечаю я.
– Точно?
– Конечно, зуб даю.
Парень выдает мне карточку, и даже помогает дойти до лифта, а то меня что-то штормит на эмоциях.
Когда приезжаю на этаж, чувствую себя странно, тут обстановка как будто бы дороже, и дверей значительно меньше, как будто я тут еще и не была, но мало ли.
Как я сама, щурясь, искала нужный номер, отдельный подвиг, наконец, нашла нужные цифры, прикладываю карточку, открываю дверь, захожу.
Держась за стену, пробираюсь вглубь номера. Номер какой-то очень большой и никак не кончается.
Ага, вот и спальня, кажется. Во всяком случае мне кажется, что я уткнулась в кровать. Точнее споткнулась и на эту кровать повалилась, а там и мужчина в ней.
– Вот и я! – мычу радостно. – Пришла, а ты спишь.