Бобер тут же начинает свою игру под названием ""оцени девчонку "" и шипит мне в ухо:
- Вон та брюнетка во втором ряду - твердая шестерка, были бы волосы подлиннее, могла бы и на семерку вытянуть. А вон та блондинка... Черт, лица не видно. Ну же, повернись, милая. Так, так, сюда смотри.... Ох, твою ж мать! Ну и шнобель! Нет, с таким хоботом выше тройки ей не подняться!
С легкой полуулыбкой я разглядываю девчонок, внешность которых комментирует Бобер, когда неожиданно мое внимание привлекает происходящее на сцене.
На стуле сидит Рита Смирнова.
На девушке простое приталенное платье черного цвета и балетки. Волосы уложены в толстую косу, лежащую на плече. Рита сосредоточена и выглядит до безумия милой. Пухлые губы плотно сжаты, а взгляд синих глаз робко отрывается от пола и медленно направляется в зал, где стою я.
Конечно, она меня не видит. Но отчего-то странное вибрирующее воодушевление начинает наполнять все мое нутро. Мне хочется улыбнуться, хочется подбодрить эту веснушчатую девчонку.
Рита делает глубокий вдох и начинает выступление. Как только ее гитара рождает первые звуки, я тут же узнаю мелодию.
Вот черт, я обожаю Земфиру! Как здорово, что Рита выбрала ее песню. Земфира - одна из немногих исполнительниц, чью музыку я реально могу слушать по доброй воле.
Море обнимет, закопает в пески.
Закинут рыболовы лески,
Поймают в сети наши души.
Прости меня, моя любовь.
Поздно. О чем-то думать слишком поздно.
Тебе, я чую, нужен воздух.
Лежим в такой огромной луже.
Прости меня, моя любовь.
Когда Рита поет, она становится совсем иной. Пропадают робость и стеснение, взгляд затравленного зверька становится прямым и будто горит огнем. На сцене словно другая девушка: решительная и уверенная. Ни за что бы не подумал, что у Смирновой такой сильный и твердый голос. Он пробирает до мурашек, цепко хватает за душу и медленно выворачивает ее наизнанку.
Смотрю на Риту и не верю своим глазам. Как в одном человеке могут сочетаться две такие разные натуры? Девчонку, кажется, совсем не тревожит, что ее буравят несколько сотен глаз. Она погружена в музыку и проживает каждое пропетое слово. Красивая. Талантливая. И такая настоящая.
А я, дурак, уже успел испортить с ней отношения... В который раз за последние недели во мне шевелится нечто, подозрительно похожее на сожаление.