— Ты любишь его, девушка? — перебил святой отец.
— Вовсе нет! — воскликнула она.
— Подумай хорошенько.
— Надеюсь, что нет!
— Но тебе сразу станет легче, если признаешься, — настаивал священник.
— Джиллиан, правду и немедленно! — потребовал Бродик, хватая ее за руку. Она попыталась вырваться, но не тут-то было.
— Это чистая правда. Я не люблю Рамзи, и если он немедленно не перестанет хохотать, его клану придется искать нового лэрда!
— Не Рамзи! — завопил Лагган, перекрывая наглый гогот последнего. — Я имел в виду Бродика.
— Ты сказал святому отцу о моей любви? Кому еще проболтался?
По мнению Бродика, вопрос не заслуживал ответа. Он спокойно попросил Джиллиан повторить, что она его любит.
— Бродик, сейчас не время…
— Именно сейчас.
— Мои признания не предназначались для чужих ушей, — оскорбилась девушка.
— Ты любишь меня?"
"Стыдясь сказать правду перед посторонними, жадно ловившими каждое слово, она опустила голову.
— Я не желаю обсуждать сердечные дела в подобных обстоятельствах.
Но от Бродика не так легко было отделаться.
— Ты любишь меня? — настаивал он, сжимая ее пальцы.
— Ты сам знаешь, — прошептала Джиллиан.
Бродик торжественно скинул край пледа с плеча и накрыл их соединенные руки. Только сейчас Джиллиан поняла, что происходит, и в панике попыталась освободиться. И разумеется, безуспешно. Уже через несколько мгновений она поняла бесплодность борьбы и успокоилась. Так или иначе, ее сердце принадлежит ему.
Глядя в ее глаза, Бродик приказал:
— Скажи вслух!
Джиллиан упорно молчала.
— Я должен слышать, Джиллиан. Не перечь мне!
Джиллиан съежилась под неотступными взорами мужчин. Слишком хорошо она успела узнать, каким упрямым может быть Бродик. Он не оставит ее в покое, пока не добьется своего. Кроме того, она все равно не сумеет скрыть своих чувств, и если он желает снова и снова упиваться сознанием того, как она преданна ему, так и быть. Она все равно проиграла сражение, но в конце концов… в конце концов победа все равно останется за ней.
— Я люблю тебя, — едва слышно прошептала она.
— Теперь и навсегда?
Джиллиан помолчала и словно бросилась с обрыва головой вниз, оставив позади волнения и страхи.
— Да.
— И я стану чтить и защищать тебя, Джиллиан, — поклялся Бродик, рывком привлекая ее к себе. Джиллиан едва успела заметить, как отец Лагган поднял руку и начертил в воздухе крест.
Она не нашла сил противиться, когда Бродик нагнул голову, чтобы коснуться ее уст поцелуем.