Ничего, дай только остаться наедине с Бродиком, она живо напомнит, что не имеет никакого отношения к Бьюкененам и должна Бога за это благодарить, ибо все Бьюкенены слишком о себе мнят. Она заметила также, что, когда Бродик запретил ей кричать, воины согласно кивнули. Ну нет, не дождутся. Она заорет так, что у них уши заложит!
Энни снова побелела и съежилась, услышав приказ лэрда. Подойдя к мужу, бедняжка что-то быстро прошептала ему на ухо. Джиллиан удалось уловить всего пару слов, но этого было достаточно, чтобы понять: Энни просит у Кевина разрешения дать Джиллиан сонное зелье.
Кевин передал слова жены Бродику, пока Энни бегала по комнате, собирая нужные лекарства. Прежде чем Бродик успел ответить, заговорила Джиллиан:
— Не желаю, чтобы меня одурманили. И хотя ценю ваше сочувствие, но мне понадобится светлая голова, чтобы продолжать путь.
Бродик кивнул, но Джиллиан так и не поняла, с кем он согласен.
— Поверьте, я знаю, что говорю, — настаивала она. — Не нужно мне снадобья.
Но тут Алек отвлек ее внимание, дернув за рукав.
— Что тебе? — прошептана Джиллиан.
— Ты меня выдашь? — встревоженно шепнул мальчик.
— Это насчет моей раны?
Мальчик закивал так усердно, что подбил макушкой ее подбородок.
— Нет, и перестань волноваться.
— Ладно, — успокоился он. — Только я есть хочу.
— Потерпи немного.
— С вашего разрешения, лэрд, я хотел бы поднять кубок за вас и вашу невесту, — объявил Кевин.
— Но я не… — начала Джиллиан.
— Дозволяю, — перебил Бродик."
"Девушка нахмурилась, не понимая, отчего он не разъяснил недоразумение, но все же решила обождать. Кевин поставил перед ней кубок, а остальные отодвинул подальше, чтобы кто-то по ошибке не перепутал. Кевин придумал неплохую уловку, и хотя намерения у него были самые добрые, девушку неприятно укололо, что с ее желаниями не посчитались. После того как тост будет произнесен, ей придется выпить, иначе ее посчитают неучтивой.
— Могу я позвать всех ваших воинов и попросить разделить с нами вино? — осведомился Кевин.
Вместо ответа Бродик подошел к двери и свистнул. Резкий звук эхом пронесся по дому, и в комнате, как по волшебству, появились остальные мужчины. Джиллиан помогла хозяину разносить кубки, и Кевин торжественно поднял свой.
— За долгую счастливую жизнь, полную смеха и любви, и много вам крепких сыновей и дочерей.
— Верно, верно, — согласился Эрон.