Однако не будем забывать о послании, что она передала для вас. – Гелиобас достал из потайного ящика электрический камень, который Зара носила не снимая. – Этот камень ваш, – произнес он. – Не бойтесь его взять, он не причинит вреда, не принесет несчастья. Видите, что все былое сияние в нем померкло? Наденьте, и в течение нескольких минут он станет как никогда ярким. Жизнь, что пульсирует по вашим венам, согревает заключенное в нем электричество, а с течением крови меняются его оттенки. Он не притягивает к себе электричества – только поглощает и светится.
Я до сих пор не сняла вечернего платья, и моя шея была обнажена. Я надела цепочку, на которой висел камень, и с любопытством стала наблюдать за удивительным украшением. Через несколько мгновений в нем вспыхнула бледная прожилка пламенного топаза, она все ширилась и пылала теплым багрянцем, словно бутон алой розы, а к тому моменту, когда камень совсем нагрелся от тела, он сиял как никогда ярко.
– Стану носить его всегда, – сказала я серьезно.
– Так и будет, – кратко ответил Гелиобас. – А теперь давайте исполним волю Зары.
Пока мы шли по коридору, нас остановил паж, принесший сообщение от полковника Эверарда и его жены, а также от Чаллонеров, интересующихся здоровьем Зары. Гелиобас торопливо написал карандашом несколько кратких слов, объясняющих роковой исход случившегося, и вернул записку посыльному, приказав заодно опустить на окнах дома все шторы, чтобы посетители поняли, что приема не будет.
Моему любимому Казимиру – брату, другу, проводнику и учителю. Ему я обязана высшим счастьем всей моей жизни в этом мире и в следующем. Пусть эта скромная фигура его благодарной Зары будет напоминанием о счастливых днях ‒ они прошли, только чтобы вернуться вдвойне счастливыми в будущем.